header
Вверх страницы

Вниз страницы

О сериалах и не только

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



P.S. Я люблю тебя

Сообщений 21 страница 40 из 53

21

Глава двадцатая

Холли вскочила с постели, натянула спортивный костюм и помчалась на поиски воскресных газет. Необходимо было немедленно выяснить, что так впечатлило Шэрон. Она доехала до ближайшего магазина и, подойдя к стойке с газетами, принялась просматривать одну за другой. Мужчина за кассой демонстративно кашлянул, Холли подняла на него глаза.
– Девушка, здесь не библиотека. Хотите почитать – покупайте.
– Да, я понимаю, – ответила Холли, неприятно пораженная его грубостью. Ну откуда она может знать, какую именно газету купить, если понятия не имеет, где напечатано то, что она ищет? Она бросила на прилавок всю пачку и ласково улыбнулась продавцу. Тот слегка удивился, но ничего не сказал. Он начал не спеша пробивать в кассе их цены, одну за другой, и за спиной Холли сразу же выстроилась очередь.
Она подняла глаза на стенд с шоколадными батончиками и застыла на пару минут, изучая названия, а затем обернулась на людей, стоящих у нее за спиной. Все до единого таращились на нее. Она быстро повернулась обратно к кассе. Шоколадки так и просились в руки. Поколебав-шись, она схватила с ближайшей полки две самые большие. Как назло, в сложной конструкции на стенке они оказались самыми нижними, и все остальные посыпались на пол. Подросток за се спи-ной захихикал и отвернулся. Краснея от стыда, Холли опустилась на пол и принялась собирать батончики. Это удалось сделать только в несколько приемов: она поднималась, осторожно вы-страивала шоколадки на полке, вновь опускалась на пол. В магазине наступила полная тишина, только очередь за ее спиной раздраженно покашливала. Покончив с шоколадом, она неожиданно добавила к своим покупкам еще несколько пакетиков с конфетами.
– Это детям, – извиняющимся тоном пояснила она продавцу, надеясь, что зеваки позади нее тоже расслышали.
Он буркнул что-то себе под нос и продолжал выбивать товар. И тут она вспомнила, что хо-тела купить пакет молока, и бросилась в другой конец магазина к холодильнику с молочными продуктами. Несколько женщин из очереди одарили ее ненавидящими взглядами. Она протянула пакете молоком кассиру, тот оторвался от кассы и поднял на нее глаза. Она беспомощно пожала плечами.
– Марк! – крикнул он.
Из прохода вынырнул прыщавый подросток.
– Да?
– Открой вторую кассу, дружок, у нас тут маленькая задержка. – Он мрачно взглянул на Холли. Она ответила ему презрительной гримасой.
Марк поплелся за вторую кассу, не отрывая взгляда от Холли.
«В чем дело? – возмущенно подумала она. – Это ваша работа, в конце концов». Вторая касса заработала, и очередь целиком переместилась туда. Ну вот и отлично, теперь никто не будет та-ращиться в спину, подумала она и добавила еще несколько пакетиков с чипсами.
– У нас вечеринка. День рождения, – пробормотала она.
В соседней кассе подросток тихим голосом попросил пачку сигарет.
– Есть удостоверение личности? – громко спросил Марк.
Подросток покраснел и смущенно оглянулся. Холли хмыкнула, глядя на него.
– Еще что-нибудь? – язвительно спросил кассир.
– Нет, спасибо, – проговорила она сквозь зубы. Расплатившись, принялась запихивать сдачу в кошелек.
– Следующий. – Кассир кивнул покупателю за ее спиной.
– Здравствуйте, мне, пожалуйста, двадцать пачек «Бенсон» и…
– Извините, – перебила его Холли, – вы не могли бы дать мне пакет? – Она кивнула на груду покупок, высящуюся на прилавке.
– Подождите минутку, – отрезал кассир, – я сначала обслужу покупателя. Вам сигареты, сэр?
– Да, пожалуйста. – Покупатель бросил на Холли извиняющийся взгляд.
– Так что вам? – Наконец кассир повернулся к ней.
– Пакет. – Она сжала челюсти.
– Двадцать центов, пожалуйста.
Холли громко вздохнула и полезла в сумку за кошельком. Позади снова выстроилась оче-редь.
– Марк, будь добр, открой еще раз вторую кассу, – раздраженно крикнул кассир.
Холли достала монетку из кошелька, бросила ее на прилавок и принялась упаковывать по-купки.
– Следующий. – Кассир кивнул через ее плечо покупателю.
Холли яростно запихивала покупки, желая как можно скорее покинуть проклятый магазин.
– Я подожду, пока девушка закончит, – вежливо ответил мужчина за ее спиной.
Холли благодарно улыбнулась ему и пошла к выходу, чертыхаясь про себя. И тут Марк, па-рень за кассой, неожиданно окликнул ее:
– Эй, я вас узнал! Вы та девушка из фильма!
Холли изумленно развернулась, и полиэтиленовый пакет в ее руке лопнул, не выдержав, очевидно, веса газет. Шоколад, конфеты и чипсы разлетелись по полу.
Дружелюбный покупатель опустился на колени рядом с ней, чтобы помочь, остальные с любопытством глазели, видимо гадая, из какого же она фильма.
– Это же вы, правда? – с восторгом переспросил парень.
Холли, стоя на четвереньках на полу, подняла на него голову и слабо улыбнулась.
– О, я так и знал! – Он радостно хлопнул в ладоши. – Вы там были просто супер!
Да, она была действительно супер, особенно сейчас, когда ползала на четвереньках по всему магазину в поисках шоколадных батончиков, вспотевшая и красная от стыда. Она нервно про-кашлялась.
– М-м… извините, можно еще один пакет?
– Да, с вас…
– Вот, возьмите. – Ее неожиданный спаситель бросил на прилавок монету.
– Меня зовут Роб. – Он помог ей упаковать шоколад в новый пакет и протянул руку.
– А меня – Холли. – Она пожала протянутую ладонь, несколько смущенная его дружелюби-ем. – И я фанатка шоколада.
Он засмеялся.
– Спасибо за помощь, – проговорила она, поднявшись наконец с пола.
– Не за что. – Он открыл перед ней дверь.
А он неплохо выглядит, подумала Холли. Моложе ее на пару лет, и глаза необычного се-ро-зеленого оттенка. Она заинтересованно смотрела на него.
Он кашлянул.
Холли вдруг сообразила, что уставилась на него, как дура, и снова покраснела. Она подошла к своей машине и забросила пакет па заднее сиденье. Роб шел за ней следом. Ее сердце екнуло.
– Послушайте. – Он улыбнулся. – Я вот тут подумал… может, выпьем чего-нибудь вместе? – Затем он посмотрел на часы и засмеялся. – То есть для этого, пожалуй, слишком рано. Может, по чашечке кофе?
Он выглядел довольно самоуверенным: руки в карманах джинсов, голова чуть наклонена вбок, и эти удивительные глаза, просто гипнотизирующие ее.
При этом она совершенно не чувствовала неловкости – он вел себя так спокойно, словно пригласить незнакомку на чашечку кофе было для него самым обычным делом. Может быть, так и живут все нормальные люди?
– М-м… – Холли лихорадочно обдумывала его предложение. Что плохого в том, чтобы вы-пить кофе с человеком, который был с пей так любезен? К тому же он и правда ничего из себя. И вообще ей нужна хоть какая-то компания, а с ним вполне можно поговорить.
Шэрон и Дениз работали, мама тоже не могла целыми днями болтать по телефону, у нее бы-ли свои дела. Холли уже пора заводить новые знакомства. Большинство их с Джерри общих дру-зей были скорее его друзьями, по работе или еще откуда-то, и после его смерти ни разу не выска-зывали желания навестить ее. Хотя и здесь имелись свои плюсы – она поняла, кто из друзей ей по-настоящему близок.
Она уже открыла рот, чтобы согласиться, как вдруг Роб опустил глаза на ее руку, и улыбка исчезла с его лица.
– Ой, извините меня, я не заметил… – И он неловко попятился от нее, как от чумной. – На-верное, мне пора бежать. – Он натянуто улыбнулся и зашагал прочь.
Холли смущенно смотрела ему вслед. Она что-то не то сказала? Или слишком долго тянула с ответом? А может, она случайно нарушила какое-то из неписаных правил уличного знакомства? Она опустила взгляд на свою руку, ту, которая обратила его в бегство, и увидела обручальное кольцо. Вот оно что, тяжело вздохнула она и устало потерла лоб.
Мимо в компании приятелей прошел подросток, которого она видела в магазине. В зубах у него была сигарета. Он презрительно хмыкнул, глядя на Холли.
Она открыла дверцу машины и задумалась. Домой ехать не хотелось, ее уже тошнило от знакомых стен, от постоянных разговоров с самой собой. Было всего десять утра, стояла прекрас-ная солнечная погода, и в кафе через дорогу, под вывеской «Сладкая ложка», расставляли на ули-це столики. У нее заурчало в животе. Вот что, сообразила она, неплохо бы позавтракать. Огром-ный ирландский завтрак вполне может исправить ситуацию. Она надела солнечные очки, взяла в каждую руку по пачке газет и направилась в кафе. Пухлая женщина вытирала столики на улице. Ее волосы были затянуты в тугой пучок, а поверх платья в цветочек за вязан яркий красно-белый передник. Словно Холли попала прямо на деревенскую кухню.
– Давненько эти столики не видели солнечного света, – улыбаясь, сказала женщина.
– Чудесный день, правда? – улыбнулась Холли в ответ, и обе они подняли глаза на чистое, без единого облачка, небо. Хорошая погода все еще остается в Ирландии самой популярной темой разговоров. Это настолько редкое явление, что обойти его вниманием невозможно.
– Сядете снаружи, милочка?
– Да, хочу насладиться солнышком, наверняка через час оно скроется.
– Нужно быть оптимисткой, милочка, – засмеялась толстушка, суетясь вокруг Холли. – Я принесу меню.
– Нет, не нужно, – остановила ее Холли. – Я знаю, чего хочу. Дайте, пожалуйста, ирландский завтрак.
– Хорошо. – Она улыбнулась и вдруг заметила кипу газет в ее руках: – Вы собираетесь от-крыть газетный киоск?
Холли взглянула на стопку и засмеялась, увидев «Араб лидер», лежащую с самого верха. Она так спешила, что схватила что попало, даже не посмотрев на названия. Вряд ли в «Араб ли-дер» напечатали заметку о фильме.
– По правде говоря, милочка, – добавила женщина, вытирая соседний столик, – мы все были бы вам признательны, если бы вам удалось выжить отсюда этого старого ублюдка.
Она недобро взглянула через дорогу, в сторону магазина и скрылась внутри кафе. Холли за-смеялась.
Какое-то время Холли просто сидела, наблюдая за жизнью вокруг. Она обожала ловить об-рывки разговоров, долетающие от проходивших пар, это позволяло ей на мгновение заглянуть в жизнь других людей. Ей нравилось думать о том, чем живут эти люди, куда они так спешат, где живут, женаты л и они… Они часто сидели так с Шэрон в «Бьолиз», наблюдая за Графтон-стрит. Обычно они начинали выдумывать какие-то истории. В последние дни Холли что-то слишком часто стала так делать. Видимо, это еще одна возможность помечтать о том, как живут другие люди, вместо того чтобы заняться собственной жизнью. Сейчас мимо нее, держась за руки, про-шла парочка, и Холли решила, что мужчина на самом деле гомосексуалист и скрывает это от же-ны, – а человек, идущий следом, – его любовник. Они должны были вот-вот поравняться, и Холли внимательно следила за их лицами, гадая, переглянутся они или нет. Неожиданно они остановились как раз возле ее столика, и Холли спрятала лицо в ладони, чтобы не рассмеяться.
– Простите, вы не подскажете, который час? – спросил любовник.
– Четверть одиннадцатого, – ответил гомосексуалист, взглянув на часы.
– Большое спасибо. – Любовник прикоснулся к его руке, поблагодарил, и они разошлись.
Было ясно как день, что это условный знак, благодаря которому они смогли назначить сви-дание. Холли еще какое-то время продолжала игру, но вскоре ей стало скучно. Тогда она решила для разнообразия заняться собой.
Холли пролистала газеты и нашла статью в разделе рецензий.
ХИТ НЕДЕЛИ – ФИЛЬМ «ДЕВУШКИ В БОЛЬШОМ ГОРОДЕ»
Т. Коулмен
Не расстраивайтесь, если в прошлую среду вы не смогли посмотреть нашумевшую комедию «Девушки в большом городе» – в ближайшее время она вновь появится на наших экранах.
Молодой ирландский режиссер Деклан Кеннеди снял невероятно смешную документальную ленту про пятерых дублинских девушек, проводящих ночь в центре города. Вместе с ними вы приподнимете завесу над тайными развлечениями звезд в «Будуаре» – одном из самых модных дублинских клубов. Будьте готовы к тому, что вас ожидают тридцать минут неудержимого смеха.
Фильм стал сенсацией после первого же показа. По последним данным, только в Велико-британии его аудитория составила около 4 миллионов человек. Повторный показ состоится в вос-кресенье, в 23.00 на Канале 4. Не пропустите!
«Девушки в большом городе», воскресенье, 23.00, Канал 4.
Холли стоило большого труда взять себя в руки. Отличные новости для Деклана, а вот для нее… Достаточно того, что этот фильм один раз показали по телевизору, не хватало еще увидеть все это снова. Похоже, пора поговорить с Декланом серьезно. В ту ночь, когда он был так счаст-лив, она не стала докучать ему, да и не хотелось устраивать сцену при всех, но сейчас нужно что-то решить. У нее хватает проблем и без фильма.
Она просмотрела остальные газеты и поняла, отчего так взволновалась Шэрон. Статья о фильме была в каждой газете, а в одной даже напечатали фотографию Дениз, Шэрон и Холли двухлетней давности. Интересно, где они ее взяли? Хорошо, что помимо разговоров про фильм в газетах были и настоящие новости. В любом случае не слишком приятно читать выражения вроде «безумные девчонки», «пьяные девушки» или, как написала одна из газет, «они знают в этом толк». Что бы это значило, интересно?
Холли наконец принесли еду, и она изумленно подняла глаза на официантку. Погорячилась она с ирландским завтраком. Ей явно столько не осилить.
– Поешьте, поешьте, милочка. – Толстушка расставляла на столе тарелки. – Вам не помешает нарастить немного мяса на костях, уж больно вы худенькая. – Она покачала головой, оглядывая Холли. Холли почувствовала себя польщенной.
На тарелке горой высились сосиски, бекон, яйца, мясной фарш, колбаса, вареная фасоль, жареная картошка, грибы и помидоры. И еще пять кусочков жареного хлеба сбоку. Холли сму-щенно огляделась вокруг, надеясь, что никто не увидит, как она будет поглощать гигантскую порцию. И тут она снова заметила рядом все того же надоедливого подростка – вместе с друзьями он шел по направлению к кафе. Чертыхнувшись, она схватила тарелку и вошла внутрь.
Видимо, Холли провела в «Сладкой ложке» намного больше времени, чем ей показалось, потому что к родительскому дому в Портмарноке она подъехала почти в два часа дня. Несмотря на ее опасения, погода не испортилась, солнце все так же сверкало, небо было таким же безоблач-ным, как утром. Холли засмотрелась на шумный пляж перед домом. Было настолько солнечно, что невозможно определить, где заканчивается море и начинается небо. Толпы веселых людей заполнили улицу, из подъезжавших автобусов поминутно выходили новые и новые группы отдыхающих, и в воздухе витал запах солнцезащитного лосьона. На лужайке кучками расположились подростки, из их динамиков гремели модные шлягеры. Этот запах и этот звук были точно такими же, как в далекие дни ее счастливого детства.
Уже в четвертый раз Холли нажимала на кнопку звонка, но никто не откликался. Кто-то должен быть дома – окна в спальне наверху распахнуты настежь, а родители никогда не оставили бы их открытыми, уходя. Особенно если учесть, сколько народу сейчас ошивается вокруг. Оставив попытки достучаться, Холли подошла к окну гостиной, прижала лицо к стеклу и попыталась разглядеть, что происходит внутри. Похоже, дом был пуст. Она уже почти сдалась и направилась к машине, когда до нее донеслись голоса Деклана и Киары.
– Киара, ОТКРОЙ ЭТУ ЧЕРТОВУ ДВЕРЬ!
– Я СКАЗАЛА – НЕТ! Я… ЗАНЯТА!
– Я ТОЖЕ!
Та– ак, подумала Холли и еще раз нажала на кнопку звонка. Нужно было подлить еще не-много масла в огонь.
– ДЕКЛАН! – душераздирающе завопила Киара.
– САМА ОТКРЫВАЙ, КОРОВА ЛЕНИВАЯ!
– ЧТО? Я – ЛЕНИВАЯ?!
Холли достала мобильный и набрала номер.
– Киара, ВОЗЬМИ ТРУБКУ!
– НЕТ!
– Ради бога, – в сердцах воскликнула Холли и позвонила на мобильный Деклану.
– Да?
– Деклан, открой же ты эту чертову дверь, или я ее вышибу! – рявкнула Холли.
– Ой, Холли, извини, я думал, Киара уже открыла, – соврал он.
Дверь открылась, и на пороге предстал Деклан в одних трусах.
– Господи боже мой! Неужели вы каждый раз такое устраиваете, когда кто-то звонит в дверь! – взорвалась она.
Он пожал плечами, демонстрируя полнейшее безразличие.
– Родителей нет, – выговорил он сквозь зубы и направился к лестнице.
– Ты куда?
– Назад в постель.
– Ну уж нет! – яростно воскликнула Холли. – Сейчас ты сядешь рядом со мной, – она усе-лась на диван, – и мы с тобой как следует обсудим «Девушек в большом городе».
– Нет, – простонал Деклан, – что, прямо сейчас? Я ужасно устал. – Он потер глаза.
Холли не собиралась ему сочувствовать.
– Деклан, уже два часа дня, неужели ты до сих пор не выспался?
– Да я домой пришел всего пару часов назад. – Он двусмысленно улыбнулся ей. Последние капли жалости исчезли из ее души, осталось только явственное чувство зависти.
– Сядь! – непререкаемым тоном произнесла она.
Он застонал, повалился на диван и растянулся на нем во весь рост. Для Холли места не ос-талось. Она прорычала сквозь зубы что-то яростное и подвинула к дивану отцовское кресло.
– Я себя чувствую как на допросе, – хохотнул он, заложив руки за голову и невозмутимо по-глядывая па нее.
– Это хорошо, потому что я действительно собираюсь прочистить тебе мозги.
– Что, опять? Мы ведь уже обсудили все это. – Ты думаешь, что тогда я сказала тебе все, что собиралась? «Извини, Деклан, мне не понравилось, как ты публично опозорил меня и моих под-руг, увидимся на следующей неделе». Так, что ли?
– Видимо, нет.
– Деклан, – Холли смягчила тон, – я же твоя сестра, я не собираюсь пилить тебя. Я просто хочу понять, почему ты мне не сказал, что снимаешь?
– Ты знала, что я снимаю!
– Я думала, ты снимаешь фильм про клубы! – в сердцах крикнула Холли. Она начала раз-дражаться.
– Так он действительно про клуб, – засмеялся Деклан.
– Нуда, ты считаешь себя очень умным! – рявкнула она, и его смех оборвался. Холли сосчи-тала до десяти. Держи себя в руках, не набрасывайся на него. – Послушай, Деклан. – Она постара-лась говорить спокойно. – Тебе не кажется, что я без этого уже достаточно натерпелась? Ведь ты даже не спросил меня! Я не понимаю, почему ты так поступил!
Деклан сел на диване и неожиданно заговорил серьезно:
– Да, Холли, я знаю, что ты достаточно натерпелась, но я думал, что это тебя развеселит. Я не обманывал, когда сказал, что буду снимать клуб, – я так и собирался. Но когда я принес пленку в колледж и начал монтировать, все сказали, что это так смешно, что просто нельзя вырезать. Холли, вы все были очень смешными! – Он снова засмеялся.
– Да, но теперь это показывают по телевизору, Деклан!
– Я не знал, что приз будет именно таким, честно, – искренне сказал он. – Никто не знал, да-же преподаватели! Как же я мог отказаться?
– Ладно. Ладно, – сдалась Холли. Она обхватила руками голову.
– Я правда думал, что тебе понравится. – Он продолжал оправдываться. – Я показал Киаре, и даже она сказала, что тебе понравится. Ну прости, что я тебя расстроил, – неловко закончил он.
Холли качала головой, слушая его объяснения. Она начала понимать, что у него действи-тельно были хорошие намерения… Минуточку! Что он сказал? Она выпрямилась в кресле:
– Деклан, что ты только что сказал? Киара знала про пленку?
Деклан застыл на месте, пытаясь сообразить, как же теперь выкрутиться. Наконец он просто упал обратно на диван и накрыл голову подушкой, понимая, что он только что начал третью ми-ровую войну.
– Холли, пожалуйста, не говори ей ничего, она меня убьет! – донесся его заглушённый по-душкой стон.
Холли пулей полетела вверх по лестнице. Она раздраженно стучала ногами по ступеням, выкрикивая проклятия. Киара должна была прочувствовать, что Холли действительно очень зла.
– Не входи! – донесся голос Киары из-за двери.
– У тебя сейчас будут крупные неприятности, Киара! – заорала Холли. Она поверить не мог-ла, что сестра знала обо всем и не предупредила ее. Она повернула ручку двери, стараясь сделать свое лицо как можно более угрожающим.
– Я же сказала, не входи! – отчаянно закричала Киара. Холли уже почти открыла рот, чтобы выпалить то, что кипело у нее внутри, но вдруг осеклась. Киара сидела на полу, держа на коленях что-то вроде фотоальбома, а по лицу у нее ручьем текли слезы.

0

22

Глава двадцать первая

Киара, что случилось? – испуганно спросила Холли. Она никогда не видела Киару плачущей и даже не думала, что Киара это умеет. Чтобы эта железная кнопка расплакалась, должно было произойти что-то очень серьезное.
– Ничего не случилось. – Сестра захлопнула фотоальбом и засунула его под кровать. Похо-же, ей было очень неловко, что ее застали в слезах. Она старательно вытерла глаза, делая вид, что все в порядке.
Деклан, по-прежнему лежавший внизу на диване, стащил с лица подушку. Какая-то очень подозрительная тишина, подумал он. Только бы они ничего друге другом не сделали. В конце концов, Холл и ведь страшно разозлилась. Он забеспокоился. На цыпочках, стараясь двигаться как можнотише, он поднялся по лестнице и застыл у двери спальни, прислушиваясь к происходящему внутри.
– Нет, что-то случилось. – Холли подошла к сестре и села рядом с ней на пол. Она понятия не имела как вести себя с Киарой в такой ситуации. Обычно все было как раз наоборот: Холли плакала навзрыд, а Киара пыталась ее успокоить.
– Со мной все хорошо, – отрезала Киара.
– Ладно, – согласилась Холли. – Но если тебя все же что-то расстроило, я всегда буду рада помочь. Понимаешь?
Киара молча кивнула, не глядя на нее. Холли вздохнула и встала, намереваясь оставить се-стру в покое, и тут Киара неожиданно снова разрыдалась, Холли опустилась на пол и обняла ее за плечи.
Киара бесшумно плакала, уткнувшись ей в грудь, а Холли ласково гладила ее розовые воло-сы, пытаясь успокоить.
– Хочешь рассказать, что случилось? – мягко спросила она.
Киара пробулькала что-то в ответ, потянулась к кровати и достала спрятанный фотоальбом. Дрожащими руками она перелистнула несколько страниц.
– Вот он, – с тоской сказала она, показывая на фотографию незнакомого Холли человека. Она и сестру-то узнала с трудом: на фотографии Киара выглядела совсем по-другому, как будто даже младше. Киара казалась невероятно счастливой, она сидела на коленях у этого парня, обняв его руками за шею, а он смотрел на нее и улыбался. Они были вдвоем в лодке под яркими лучами солнца, на заднем плане виднелся сиднейский оперный театр. Холли не могла отвести от сестры глаз. У той были светлые волосы, каких Холли никогда у нее не видела, и она так радостно улы-балась, что даже черты ее лица неуловимо смягчились, и она совсем не была похожа на монстра, готового в любой момент откусить кому-нибудь голову.
– Это твой приятель? – осторожно спросила Холли.
– Бывший. – Киара шмыгнула носом, и капля упала на страницу.
– Ты поэтому вернулась домой? – мягко спросила Холли, вытирая ей щеки.
Киара кивнула.
– Хочешь рассказать, что случилось? Киара вздохнула:
– Мы поссорились.
– А он… – Холли осторожно подыскивала слова. – Он не сделал тебе ничего плохого, нет?
Киара покачала головой.
– Нет, – еле слышно проговорила она, – все случилось просто по глупости, и я сказала, что уезжаю, а он сказал, что очень рад… – И она снова разрыдалась.
Холли обняла ее, пытаясь успокоить.
– Он даже не приехал в аэропорт, чтобы попрощаться со мной!..
– И с тех пор он не звонил?
– Нет… уже два месяца, – проговорила Киара сквозь слезы.
Она взглянула на сестру с такой тоской, что Холли сама чуть не разрыдалась. Этот парень ей заранее не нравился за то, что так расстроил Киару. Хотя кто знает, что у них там произошло на самом деле. Холли улыбнулась, пытаясь подбодрить сестру:
– Может быть, он просто не тот, кто тебе нужен?
Киара снова зарыдала.
– Но я люблю Мэтью, Холли, и это была просто глупая ссора. Я забронировала билет со злости, я не думала, что он позволит мне уехать…
И она замолчала, глядя на фотографию.
Окна в спальне были распахнуты настежь, и с пляжа доносился знакомый плеск волн, смех и крики.
В детстве они жили с Киарой в этой комнате вдвоем. От знакомых запахов и звуков Холли вдруг охватило странное чувство покоя.
Киара немного успокоилась и подняла на нее глаза:
– Извини, Холл.
– Да ладно, не за что извиняться. – Она пожала ей руку. – Надо было мне сразу все расска-зать, а не держать в себе.
– Но ведь это такие глупости по сравнению с тем, что случилось с тобой. Я себя дурой чув-ствую, что плачу из-за этого. – И она вытерла слезы, словно рассердившись на себя.
Холли была поражена:
– Киара, это очень серьезно! Потерять человека, которого любишь, всегда тяжело, незави-симо от того, жив он или… – Она не смогла договорить. – Нужно было рассказать мне!
– Ты была такой сильной, Холли, я не представляю, как тебе это удалось. А я плачу из-за дурацкого приятеля, с которым и знакома-то всего пару месяцев…
– Я была сильной? – Холли рассмеялась. – Если бы!
– Да, ты была очень сильной, – настаивала Киара. – Так все говорят. Я на твоем месте уже валялась бы где-нибудь в канаве.
– Не надо подбрасывать мне такие идеи, Киара. – Холли улыбнулась ей. Вот это да! Кто, ин-тересно, мог назвать ее сильной?
– Ведь ты же в порядке, правда? – обеспокоенно спросила Киара.
Она всматривалась в лицо сестры и была сейчас очень похожа на ребенка с этими невинны-ми голубыми глазами. Казалось, что они вдруг вернулись на много лет назад, снова стали малень-кими девочками. Сколько тайн они рассказали друг другу, сидя вот так вот вдвоем па полу!
– Нет ничего, с чем бы мы не смогли справиться вместе, – прошептала она, сжимая Киару в объятиях. Они замолчали, слушая, как шумит за окном море.
– Ты хотела за что-то отругать меня, когда шла сюда? – тихо спросила Киара.
Ее голос стал еще более детским. Холли мысленно рассмеялась. Да, сестра знала, как ис-пользовать ситуацию.
– Нет, ничего. Даже не думай об этом, – ответила Холли, глядя в небо за окном.
Деклан вздохнул с облегчением. Похоже, пронесло. Он тихонько пробрался в свою спальню и запрыгнул обратно в постель. Кто бы ни был этот Мэтью, он ему здорово обязан. Неожиданно зажужжал мобильный, принимая сообщение. Деклан прочитал его и нахмурился: он не знает ни-какой Сандры. Но вдруг он вспомнил предыдущую ночь, и лицо его расплылось в улыбке.

0

23

Глава двадцать вторая

Было уже восемь вечера, когда Холли наконец выехала на шоссе, ведущее к дому. Погода по-прежнему стояла прекрасная, и Холли улыбнулась, подумав, что под таким чистым небом и жизнь кажется лучше. Весь день она провела с Киарой, обсуждая ее приключения в Австралии. Киара успела несколько раз поменять мнение о том, звонить Мэтью в Австралию или все же не стоит. К тому времени как Холли собралась уходить, Киара твердо решила никогда больше с ним не разговаривать. И скорее всего, она бросилась звонить, как только за сестрой закрылась дверь.
Холли подъехала к дому, вышла из машины и окинула взглядом сад. Странно, ей почуди-лось, что он стал более ухоженным. По-прежнему повсюду торчал бурьян и ветви одичавшего кустарника, но что-то все же изменилось.
Неожиданно взревела газонокосилка, Холли испуганно обернулась и увидела соседа, под-стригавшего свой сад. Она благодарно махнула ему рукой, решив, что это он решил помочь ей. Сосед помахал в ответ.
Садом всегда занимался Джерри. Не то чтобы он был страстным садовником, но Холли это занятие вовсе терпеть не могла, так что ему пришлось взять грязную работу на себя. Они оба зна-ли, что Холли ни за что на свете не станет проводить выходной, копаясь в земле. Их сад всегда выглядел очень просто: несколько кустов и лужайка с цветами. Джерри настолько мало разбирал-ся в садоводстве, что зачастую высаживал цветы не в то время или не в том месте, так что они и зацвести толком не могли, начинали чахнуть с первого дня своей жизни. Поэтому правильнее бы-ло бы сказать, что сад обычно состоял из лужайки и парочки кустов. А сейчас он превратился в заросший пустырь. Да, когда умер Джерри, его сад умер вместе с ним.
Она вспомнила про орхидею, принесенную Ричардом, и, зайдя в дом, первым делом подбе-жала к горшку. Цветок почти засох. Она налила в горшочек воды и побрызгала на лепестки, по-обещав себе, что постарается впредь не забывать об этом.
Она засунула в микроволновку курицу и присела за стол. С улицы доносились радостные крики детей. Она и сама в детстве любила летние вечера за то, что разрешалось оставаться на улице дотемна и ложиться спать намного позднее. Холли вспоминала прожитый день и думала, что в целом он прошел отлично, если не считать одного…
Она опустила взгляд на обручальное кольцо… Когда ушел этот парень, Роб, Холли почувст-вовала себя просто ужасно. Он так на нее посмотрел, словно решил, что она собиралась изменить мужу. Одна мысль об этом была для Холли невыносима, и чувство вины мучило ее уже за то, что он подумал, будто она собирается принять его предложение.
Конечно, Холли не хотела заводить с ним роман, она вообще не хотела заводить роман ни с кем. Она хотела просто выпить кофе и поболтать. Но ведь она смотрела ему в глаза и чувствовала, что он ей правится, и уже почти согласилась на его предложение… Конечно, не было ничего страшного в том, что ей понравился какой-то мужчина, и когда она была замужем, она тоже могла счесть кого-нибудь привлекательным. Но то было совсем другое: сейчас она выбирала по-настоящему. Раньше она забыла бы про этого человека, едва перешагнув порог своего дома, где ее ждал любимый. Сейчас все изменилось. Но ее сердце по-прежнему принадлежало Джерри.
Если бы Холли просто ушла от мужа, если они бы поссорились, или что-то еще в этом ро-де… Но они до последней минуты любили друг друга. Она по-прежнему ощущала себя замужней женщиной. Противно было даже думать о том, чтобы начать отношения с другим. Она все еще принадлежала Джерри и душой и телом. Но ведь Джерри больше нет… Что же ей делать теперь?
Холли задумчиво крутила на пальце кольцо. Кстати о кольце. Может быть, его нужно снять? Ведь прошло уже полгода, как Джерри умер. Когда можно снять кольцо и перестать считать себя замужней женщиной? Может быть, есть какой-то свод правил для вдов, где указан конкретный срок? И что с ним делать потом – выбросить? Спрятать в ящик, где хранятся вещи Джерри? Или положить на тумбочку у кровати, чтобы оно напоминало о Джерри каждый день? Вопросы возни-кали один за другим. Нет, она не готова забыть Джерри. Она по-прежнему жила так, словно он где-то рядом.
Микроволновка просигналила, что ужин готов. Холли вытащила курицу, задумчиво взгля-нула на нее и отправила в мусорное ведро. У нее пропал аппетит.
Ближе к ночи позвонила взволнованная Дениз:
– Скорее, Холли, включи «Дублин FM»! Холли подбежала к приемнику.
– Меня зовут Том О'Коннор, вы слушаете «Дублин FM». Для тех, кто только что включил свои приемники, напоминаю, что речь сегодня пойдет о вышибалах. Думаю, все вы видели, какого труда стоило героиням фильма «Девушки в большом городе» попасть в клуб, и поэтому сегодня мы хотим услышать ваше мнение по этому поводу. Как вы относитесь к вышибалам? Одобряете ли вы их поведение? Или же вы считаете, что они слишком грубо себя ведут? Звоните нам по телефону…
Холли подняла трубку, вспомнив, что на том конце все еще ждет Дениз.
– Ну что? – захихикала Дениз.
– Что за чертовщина, Дениз?
– Здорово, а? – Она снова хихикнула. Было ясно, что она получает огромное удовольствие от происходящего. – А газеты ты видела?
– Да, и, по-моему, это все очень глупо. Я согласна что фильм получился неплохой, но чушь, которую там пишут…
– Да ты что, дорогая, а мне так нравится! Оттого, что я во всем этом участвовала, мне нра-вится еще больше! – Дениз засмеялась.
– Да уж, конечно, – рассмеялась в ответ Холли.
Обе затихли, слушая радио. Какой-то парень рассказывал про свой конфликт с охраной клу-ба:
– На прошлой неделе я пошел в клуб, впустили меня без проблем. Вчера вечером хотел зайти снова, а он мне – извини, что-то я тебя не узнаю, вход только для постоянных посетителей. Ну и как можно стать постоянным посетителем, если они никого не пускают? – возмущался парень. Том пытался его успокоить.
– Ой, ты только послушай, как он говорит, мой пупсик, – проворковала Дениз. – Правда же, у него такой сексуальный голос?
– Хм… – смутилась Холли. – Вы что, все еще вместе?
– Ну конечно. – Похоже, Дениз обиделась на такой вопрос. – О, слушай!..
В эфире появился знакомый вышибала.
– Ну что ж, Пол, все жалуются на одно и тоже – сегодня вы впускаете нас в клуб, а на сле-дующей неделе – нет. С чем это связано? – поинтересовался Том.
– Во-первых, прежде чем я отвечу на ваш вопрос, я хотел бы сказать вот что. За последние несколько дней к нам пыталось прорваться невероятное количество принцесс и фрейлин. С тех пор как вышла эта чертова программа, все почему-то решили, что мы приглашаем к себе королев-ских особ! И я хочу сказать: девушки, не валяйте дурака, этот номер больше не пройдет! Том громко расхохотался.
– Минуточку, – вмешался мужчина, звонивший по другой линии, – если бы девушки в фильме не выдумали все это, охранники никогда не впустили бы их! Ату девушку с розовыми волосами пропустили только потому, что охранники подумали, будто она знаменитость. Такое ощущение, что в Дублине невозможно никуда попасть, если ты обычный человек! По-моему, фильм убедительно это доказал!
– Да ладно! – перебил охранник. – Вы что, и правда думаете, что охранники поверили той барышне, что она принцесса? – Он натянуто рассмеялся.
– Нет, я не говорю, что они поверили, но их впустили потому, что, как сказал этот усатый, они придумали самое лучшее объяснение из всех, что он слышал! Так что, впускают только тех, у кого интересные объяснения, или как? А если я хочу просто быть самим собой, я не могу войти в клуб? Почему меня должны обязательно допрашивать на входе…
– Подождите, – снова перебил его вышибала. – Если мне не изменяет память, тех девушек пришлось силой выводить из клуба, так что ребята были правы, что не хотели их пускать…
– Да их выгнали только из-за того, что еще один вышибала внутри клуба не позволил им войти в VIP-бар! Что это еще за ерунда такая, а?
– Но они же не относятся к привилегированным посетителям! – взорвался охранник. – От них там были бы одни неприятности…
– Не было бы никаких неприятностей! Две их подруги сидели в VIP-бape и не были «приви-легированными посетителями», но проблем-то не возникло. В конце концов, что это еще за VIP, идиотизм какой-то…
– Так, мы слегка отклонились от темы… – Том решил вмешаться, прежде чем они перейдут на личности.
Холли выключила радио.
– Дениз, – серьезно сказала она, – мир сходит с ума.
На следующий день Холли заставила себя встать пораньше и отправилась в парк. Нужно было больше двигаться, а то так недолго совсем превратиться в развалину. А еще пора было заду-маться о работе. Интересно, где бы ей хотелось работать? Магазины одежды точно не подходят (тут постаралась Дениз), так же как рестораны, гостиницы и пабы. И уж конечно только не офис-ная должность: снова каждый день с девяти до пяти, времени не останется… ни на что. В конце концов Холли пришла к выводу, что она не отказалась бы, пожалуй, поработать и ФБР. Как раз вчера она смотрела фильм о сотруднице ФБР. Та весь фильм расследовала преступления и допра-шивала злодеев, а потом влюбилась в своего напарника, которого поначалу терпеть не могла. Холли вздохнула. Ее шансы на такую работу были, прямо скажем, невелики: специальной подго-товки нет, да и ФБР далеко – в Америке… Может быть, попробовать устроиться в цирк?…
Она присела на скамейку у детской площадки. Перед ней весело играли дети. Как было бы здорово побегать с ними вместе, покататься на качелях, вместо того чтобы сидеть здесь и завидо-вать. Почему люди должны взрослеть, ведь в детстве так хорошо? Странно, подумала Холи, весь уик-энд мысли только о том, чтобы вернуться в детство…
Как здорово, когда ни за что не отвечаешь, когда о тебе заботятся, когда не нужно ни о чем беспокоиться, потому что кто-то большой и сильный уже все решил за тебя. Какой прекрасной была бы жизнь без всех этих взрослых проблем. А потом, через некоторое время, можно было бы повзрослеть снова, и снова встретить Джерри, и отправить его к врачу на пару месяцев раньше… Тогда сейчас они вместе сидели бы на скамейке и смотрели, как играют дети… Если бы, если бы, если бы…
Ей вспомнились слова Ричарда: «Ты не должна беспокоиться из-за всей этой ерунды, свя-занной с детьми». Воспоминание снова повергало ее в ярость. Как она хотела бы, чтобы малень-кий Джерри играл сейчас рядом с ней, а она бы просила его быть осторожней, и волновалась бы за него, и вытирала бы ему салфеткой испачканное личико…
Они с Джерри впервые заговорили о детях за пару месяцев до его болезни. Они были так ув-лечены этой идеей, что часами валялись в кровати, обсуждая красивые детские имена, представляя себе, каково это – быть родителями. Холли улыбнулась: Джерри наверняка стал бы прекрасным отцом. Он бы терпеливо помогал детям делать уроки за кухонным столом и волновался бы, когда дочь впервые привела бы в дом мальчика. Если бы, если бы, если бы… Давно нужно прекратить жить воспоминаниями.
Ну вот, стоит только вспомнить, подумала Холли: она неожиданно увидела Ричарда. Он шел с детской площадки, держа за руки Тимми и Эмили, и выглядел необыкновенно спокойным. Дети были очень веселы – довольно редкое явление для этой семьи. Холли выпрямилась и собрала все свое самообладание, готовясь к встрече с братом.
– Привет, Холли! – радостно воскликнул Ричард.
– Привет! – ответила Холли, протянув руки детям. Они бросились ей на шею. Это было очень мило. – Ты так далеко от дома. Как тебя сюда занесло? – удивленно спросила она.
– Мы ездили навещать бабушку с дедушкой, так, ребятки? – Он потрепал Тимми по голове.
– И еще мы были в «Макдоналдсе»! – восторженно крикнул Тимми. Эмили радостно заки-вала головой.
– Повезло же вам! – воскликнула Холли, облизываясь. – Ваш папа самый лучший, да? – рассмеялась она. Ричард явно был очень доволен. – Кормишь детишек этой дрянью? – не без сар-казма спросила она.
– А, – отмахнулся он и сел рядом на скамейку. – В меру все хорошо, правда же, Эмили?
Пятилетняя Эмили сумным видом кивнула. У нее были такие чистые зеленые глаза и золо-тые локоны, сверкавшие на солнце, и она была так сильно похожа на мать, что Холли пришлось отвести глаза. Ей сразу же стало стыдно, она снова взглянула на ребенка и улыбнулась… а затем опять отвела взгляд. В этих глазах и этих локонах было что-то пугающее.
– Ну что ж, от одного похода в «Макдоналдс» они не умрут, – согласилась она.
Тимми схватился за горло и сделал вид, что задыхается. Он захрипел, упал на траву и застыл, раскинув руки и ноги. Ричард и Холли расхохотались. Эмили испуганно переводила взгляд с одного на другого, и казалось, вот-вот расплачется.
– О боже! – театрально воскликнул Ричард. – Холли, мы ошиблись, смотри, «Макдоналдс» убил нашего Тимми!
Холли изумленно взглянула на брата. Неужели он назвал сына «Тимми»? Она решила не за-острять на этом внимания – видимо, случайная оговорка. Ричард поднялся со скамейки, подобрал Тимми и перекинул его через плечо.
– Теперь нам придется его закопать. Где лопата?
Тимми захихикал, свисая с отцовского плеча вниз головой.
– Да он жив! – расхохотался Ричард.
– Нет, я умер! – хихикал Тимми.
Холли с умилением наблюдала за семейной сценой. Давненько ей не доводилось видеть ни-чего подобного. Ни у кого из ее друзей не было детей, так что она вообще очень редко их видела. Раз она вдруг прониклась такой любовью к племянникам – дело обстоит серьезно. Мечтать о де-тях, не имея рядом мужчины, довольно глупо.
– Ну что ж, мы пойдем, – смеясь, попрощался Ричард. – Пока, Холли.
– Пока, Холли! – прокричали дети, и Холли проводила их взглядом: Ричарда, несущего на плече «мертвого» Тимми, и маленькую Эмили, вприпрыжку бегущую рядом.
Холли следила за ними, пока они не скрылись за поворотом. Кем же, интересно, был этот человек, выдавший себя за ее брата? Никогда раньше ей не доводилось видеть его таким.
Ну почему счастлив весь мир, кроме нее одной?…

0

24

Глава двадцать третья

Последний покупатель вышел из зала, и Барбара сразу же побежала перекурить. Сегодня было столько посетителей, что ей пришлось остаться без обеда. Мелисса, ее напарница, не вышла на работу, сказавшись больной, хотя Барбара отлично знала, какого рода эта болезнь – она просто перепила накануне. Из-за этого Барбаре пришлось одной разбираться со всеми клиентами, и, как назло, народу сегодня было особенно много. Барбара работала в туристическом агентстве, и с приходом ноября клиенты повалили косяком – все хотели сбежать от мрачных вечеров, пронизы-вающего ветра и бесконечного дождя, уехать куда-нибудь к теплым солнечным берегам. Барбара поежилась, услышав вой ветра за окном, и подумала, что неплохо бы и себе подобрать ка-кую-нибудь путевку подешевле.
Шеф наконец уехал по делам, и у нее впервые за весь день появилась возможность выкурить сигарету. Впрочем, радовалась она недолго – стоило ей щелкнуть зажигалкой, как раздался зво-нок, и Барбара беззвучно выругалась, проклиная того, кто испортил ей драгоценный перекур. Она яростно раздавила сигарету, подправила помаду на губах, побрызгала вокруг духами, чтобы за-глушить запах дыма, и выскочила в приемную. Она ожидала найти там очередного клиента, нерв-но переминающимся у прилавка, но вместо этого вдруг увидела старика – похоже, очень больного, поскольку он все еще не успел далеко продвинуться от входной двери. Чтобы не таращиться в его сторону, Барбара уткнулась в монитор, бессмысленно барабаня по клавиатуре.
– Здравствуйте.
– Добрый день, сэр, чем могу помочь? – в сотый раз за день произнесла она. Неприлично, конечно, рассматривать клиента, но она не могла оторвать от него взгляд: он оказался очень мо-лодым человеком, который лишь издали выглядел стариком из-за сильно согнутой спины. Он двигался с трудом, и казалось, только трость в руке не давала ему упасть. Болезненно-бледная ко-жа, похоже, годами не видела солнца. И в то же время у него были поразительно живые огромные карие глаза, по-детски блестевшие из-под ресниц. Она улыбнулась ему, смущенная.
– Я хотел бы купить путевку, – тихо сказал он. – Вы могли бы помочь мне выбрать место?
Обычно Барбара ненавидела клиентов, взваливающих на нее эту задачу. Как правило, это означало, что они просидят здесь несколько часов, бессмысленно пролистывая буклеты один за другим и задавая бесчисленные вопросы, хотя ее мнение никогда не играло для них никакой роли. Но сейчас ей захотелось помочь этому человеку – ведь он и впрямь не справился бы самостоятельно. Надо же, удивилась она про себя, вот уж не ожидала от себя такой отзывчивости.
– Я постараюсь помочь вам, сэр. Присядьте, я покажу вам проспекты. – Она указала ему на кресло напротив и быстро отвела глаза, чтобы не видеть, как трудно дается ему каждое движе-ние. – Итак, вы хотели бы побывать в какой-то конкретной стране?
– Может быть, в Испании… на Лансароте. Барбара с облегчением подумала, что проблема, видимо, решится намного проще.
– Вы хотите поехать летом? Он кивнул.
Они просмотрели вместе несколько проспектов, и мужчина довольно быстро сделал выбор. Барбаре было очень приятно, что он прислушался к ее советам. Обычно клиенты все пропускали мимо ушей, несмотря на то что она действительно очень хорошо знала свое дело.
– В каком месяце вы хотели бы поехать?
– Какой самый дешевый? – засмеялся он. Она подняла взгляд. Его карие глаза смотрели, ка-залось, в самую душу.
– Из летних месяцев самый дешевый – август. Будет довольно жарко.
– Хорошо. Пусть будет август.
– С видом на море или на бассейн? С видом на море на тридцать евро дороже, – быстро до-бавила она.
На мгновение он застыл, глядя в пространство. Его лицо озарила улыбка, словно он уже оказался в этом номере с видом на море.
– С видом на море, пожалуйста.
– Отлично. Ваше имя и адрес, пожалуйста.
– Видите ли… вообще-то это не для меня… Это сюрприз для моей жены и ее подруг. – Ка-рие глаза погрустнели.
Барбара нервно откашлялась.
– Это очень мило с вашей стороны, сэр, – сказала она. Ей показалось, что обязательно нужно сказать что-то в этом роде. – Тогда назовите их имена, пожалуйста.
Она закончила оформление, выписала чек и протянула ему документы.
– Я прошу прощения, а нельзя ли оставить это здесь, у вас? Я планирую сюрприз, а дома жена может случайно наткнуться на эти бумаги.
Барбара улыбнулась. Похоже, его жене здорово повезло.
– Я скажу ей об этом в июле.
– Конечно, сэр. Бумаги нужны не раньше, чем за пару недель, так что до той поры у нас не будет причин звонить ей. Я распоряжусь, чтобы вам никто не звонил.
– Большое спасибо за помощь, Барбара. – Он улыбнулся, но в глазах его застыла печаль.
– Мне было очень приятно помочь вам, мистер…
– Меня зовут Джерри.
– Очень приятно, Джерри. Я уверена, что вашей жене понравится поездка. Моя подруга ез-дила туда в прошлом году и была очень довольна. – Барбара чувствовала себя обязанной заверить его, что все будет в порядке.
– Ну что ж, тогда я поеду домой, пока они не спохватились, а то решат еще, что меня украли. Вы знаете, я вообще не должен был подниматься с постели, – рассмеялся он.
У Барбары комок встал в горле от этих слов. Она вскочила с кресла и проводила его к выхо-ду. Он благодарно улыбнулся и медленно пошел к такси. Покачав головой, она затворила дверь и попала прямо по лбу шефу, как раз пытавшемуся войти.
Чертыхнувшись, она еще раз обернулась на Джерри. Такси стояло на светофоре, и он пома-хал ей рукой через окно.
Босс испепелил ее взглядом, Потом из служебного помещения послышался угрожающий крик:
– Барбара! Ты опять курила здесь? Она закусила губу и обернулась к нему.
– Господи, что с тобой? Такое впечатление, что ты сейчас разрыдаешься! Что-то случилось?
Первого июля Барбара угрюмо сидела за компьютером, размышляя о превратностях судьбы. К примеру, чем объяснить, что в будни солнце светит с утра до вечера, а весь выходной идет дождь? Вот и сегодня было ясно и солнечно. Похоже, день будет самым жарким за все лето. Кли-енты приходили в шортиках и маечках, оставляя после себя кокосовый запах солнцезащитного крема, Барбара же изнывала в колючей жаркой униформе. Эта форма – как в школе, подумала она с ненавистью и бессильно пнула заглохший вентилятор.
– Брось, Барбара, – подала голос Мелисса. – От него только хуже.
– Хуже некуда, – процедила она и снова повернулась к компьютеру.
– Что с тобой? – засмеялась Мелисса.
– Да ничего особенного. – Она вытерла лоб салфеткой. – Просто сегодня самый жаркий день за весь год, а мы торчим на этой паршивой работе, в этой душной комнате, без кондиционера, еще и в идиотской колючей униформе. – Она яростно проговаривала каждое слово, глядя на закрытую дверь кабинета начальника. Пусть слышит. – Вот и все, собственно.
Мелисса хмыкнула:
– Ну выйди на улицу на пару минут, подыши воздухом. Я возьму клиента на себя. – Она кивнула в сторону вошедшей женщины.
– Спасибо, Мелисса, – с облегчением сказала Барбара, радуясь, что может наконец выйти. Она схватила сигареты. – Точно, пойду подышу воздухом.
Мелисса взглянула на сигареты и иронически улыбнулась.
– Добрый день, чем могу помочь? – Она подняла глаза на вошедшую женщину.
– Добрый день. Скажите, а Барбара еще работает здесь?
Барбара застыла у двери, лихорадочно соображая, сбежать или вернуться. И, скомкав сига-рету, вернулась на свое место. Она взглянула на женщину у прилавка. Пожалуй, красивая, вот только глаза какие-то странные.
– Барбара – это я, – вежливо сказала она.
– О, слава богу! – воскликнула женщина с облегчением и опустилась на стул перед ней. – Я боялась, что вы здесь больше не работаете.
– Она бы и рада была, – пробормотала Мелисса, за что получила от Барбары локтем в бок.
– Я могу вам чем-то помочь? – Барбара натянуто улыбнулась.
– Я надеюсь, вы действительно сможете помочь мне, – сказала женщина со слезами в голосе открыла сумку.
Барбара и Мелисса удивленно переглянулись.
– Вот. – Она вытащила из сумки мятый листок. – Я получила это сегодня от мужа, и может быть, вы сможете объяснить мне…
Барбара хмуро взглянула на бумажку. Страница, вырванная из туристического проспекта, и сверху от руки написано: «Туристическое агентство «Сордз». Барбара».
Барбара еще больше нахмурилась и снова внимательно осмотрела листок.
– Моя подруга ездила туда в отпуск пару лет назад, но больше мне это ни о чем не говорит. Вы знаете что-то еще об этом?
Женщина отрицательно покачала головой.
– Тогда, может быть, спросить у вашего мужа?
– Это невозможно. Он… его больше нет, – Ответила женщина с тоской в голосе, и глаза ее наполнились слезами. Барбара не на шутку занервничала. Еще не хватало, чтобы босс увидел, как клиент рыдает у нее в кресле, вот тогда ей точно не миновать увольнения. Она уже получила по-следнее предупреждение.
– Хорошо, тогда назовите, пожалуйста, свое имя, я попробую проверить по компьютеру.
– Холли Кеннеди. – Ее голос дрожал.
– Холли Кеннеди, Холли Кеннеди, – задумчиво повторила Мелисса, – я что-то припоми-наю… Вспомнила! Я должна была звонить вам на этой неделе! У меня было строгое указание от Барбары не звонить до первого июля…
– Ах да! – перебила ее Барбара, наконец разобравшись что к чему. – Вы – жена Джерри?
– Да! – Холли изумленно всплеснула руками. – Он был здесь?!
– Да, – улыбнулась Барбара. Вот оно что. Значит, его больше нет, этого человека с огром-ными детскими глазами. – Ваш муж был прекрасным человеком, – сказала она, взяв Холли за ру-ку.
Мелисса наблюдала за ними в некотором замешательстве.
Барбара украдкой рассматривала женщину. Она такая молодая, и ей, должно быть, очень тя-жело. Как здорово, что сейчас ее ожидают хорошие новости.
– Мелисса, принеси Холли парочку салфеток, пожалуйста. А я пока расскажу, зачем ваш муж заходил к нам.
Она отпустила руку Холли и вернулась к компьютеру.
– Итак, Холли, – мягко сказала она, – Джерри купил для вас путевку – для вас, Шэрон Мак-карти и Дениз Хеннесси. В первой неделе августа вы все отправитесь в Испанию, на Лансароте.
Холли прижала ладони к лицу, сдерживая слезы.
– Он очень хотел выбрать хорошее место. – Барбара продолжала рассказывать, искренне на-слаждаясь выпавшей ей ролью. Все это походило на женское телешоу, где гостей сражают напо-вал потрясающими сюрпризами. – Вы поедете вот сюда. – Она показала на мятый листок, – и, по-верьте мне, отлично проведете время. Моя подруга была там, как я уже говорила, и осталась очень довольна. Там много ресторанчиков и… – И она вдруг умолкла на полуслове, неожиданно поняв, что Холли сейчас совершенно все равно, много ли там ресторанчиков.
– Простите, – прошептала Холли, вытирая глаза.
– Ничего страшного, – сочувственно ответила Мелисса, все еще не до конца понимая, в чем дело. Зашел еще один клиент, и она неохотно отвлеклась от Барбары и ее удивительной гостьи.
– Когда он приходил? – тихо спросила Холли.
Барбара застучала по клавишам.
– Бронь была сделана двадцать восьмого ноября.
– Ноября? – изумленно воскликнула Холли. – Он же не должен был даже подниматься с по-стели! Он был один?
– Да, но его ожидало такси.
– А во сколько это было? – быстро спросила Холли, видимо что-то вспоминая.
– Простите, но я действительно не помню. Это было так давно…
– Да, конечно, извините, – спохватилась Холли.
Барбара представляла себе, что она чувствует. Если бы это был ее муж… то есть если бы у нее был хоть кто-то, достойный стать ее мужем, она бы тоже захотела знать вес до последней де-тали. Барбара рассказала ей все, что только смогла вспомнить.
– Спасибо вам, Барбара, большое спасибо. – Холли зашла за прилавок и обняла ее.
– Не за что. – Барбара ободряюще похлопала ее по спине. Сейчас она чувствовала себя на-много лучше. Приятно сделать доброе дело. – Обязательно зайдите к нам, когда вернетесь. Рас-скажете свои впечатления. Вот, возьмите документы. – Она протянула ей толстый конверт и вздохнула, подумав, что даже у ее паршивой работы бывают светлые стороны.
– Объясни же мне, что случилось! – Мелиссе не терпелось услышать историю, и Барбара на-чала рассказывать ей про смертельно больного человека с огромными карими глазами.
– Так, девочки, я иду на обед, и, Барбара, будь любезна, не кури в служебном помещении, – объявил босс, запирая дверь в свой кабинет. Он повернулся и испуганно воскликнул: – Господи всемогущий, почему вы обе плачете?

0

25

Глава двадцать четвертая

Через час Холли наконец добралась до дома и обнаружила в своем саду Шэрон и Дениз, принимающих солнечные ванны. Едва завидев ее машину, они вскочили и бросились навстречу.
– Надо же, как вы быстро приехали, – пробормотала она, пытаясь изобразить жизнерадост-ность.
Она чувствовала себя измотанной донельзя, ей совершенно не хотелось сейчас объясняться с ними. Но деваться было некуда.
– Шэрон сбежала с работы сразу же после твоего звонка и забрала меня по дороге. – Дениз вглядывалась Холли в лицо, пытаясь понять, насколько плохо обстоят дела.
– Ах, девочки, не надо было… – безжизненно проговорила Холли, пытаясь попасть ключом в замочную скважину.
– Слушай, ты что, занялась наконец садом? – удивленно спросила Шэрон, озираясь по сто-ронам.
Вряд ли ее так уж интересовал сад – скорее всего, она просто пыталась разрядить обстанов-ку.
– Нет, это, кажется, поработал мой сосед. – Холли поднесла к лицу связку ключей, пытаясь выбрать нужный.
– Правда? – подала голос Дениз.
Они с Шэрон обеспокоенно наблюдали, как Холли ковыряется в замке.
– Ну да, сосед или, может быть, гномик какой-нибудь местный, – раздраженно буркнула Холли, по-прежнему пытаясь справиться с замком.
Дениз и Шэрон переглянулись, не зная, что делать. Холли явно была не в себе, раз не могла вспомнить, каким ключом открывается ее дверь.
– Вот же, черт возьми! – Холли швырнула ключи на землю, чуть не попав Дениз по ногам. Та еле успела отскочить.
Шэрон подняла ключи.
– Не переживай. – Она мягко отодвинула Холли от двери. – Со мной тоже такое все время происходит. Я даже думаю, что эти чертовы железяки специально меняются местами, чтобы вы-вести меня из себя.
Холли облегченно вздохнула, радуясь, что хоть это можно поручить кому-то другому. Шэ-рон медленно перебирала ключи один за другим, напевая что-то себе под нос. Наконец дверь от-крылась, и Холли бросилась выключать сигнализацию. К счастью, ей удалось вспомнить код: год, когда они с Джерри познакомились, плюс год, когда они поженились.
– Ладно, располагайтесь, пожалуйста, в гостиной, а я сейчас приду.
Шэрон и Дениз остались в гостиной, а Холли закрылась в ванной и опустила лицо в холод-ную воду. Нужно было выйти из прострации, взять себя в руки и порадоваться неожиданной по-ездке.
Немного взбодрившись, Холли вышла к подругам и уселась перед ними на диван, вытянув ноги.
– Ладно, чтобы не затягивать историю, расскажу в двух словах. Я открыла сегодня июльский конверт и нашла там вот что. – Она порылась в сумке и вытащила маленькую открытку. На ней были слова:
Желаю удачного отпуска!..
– И это все? – Дениз разочарованно сморщила нос. Шэрон ткнула ее локтем под ребра.
– Ну что ж, Холли, по-моему, очень милая записка, – лживо улыбнулась Шэрон. – Очень за-ботливо…
Холли, не сдержавшись, захихикала. Она видела, что Шэрон врет: у нее всегда начинали по-особому шевелиться ноздри, когда она врала.
– Да нет же! – Она швырнула в Шэрон диванной подушкой и расхохоталась.
Шэрон с облегчением засмеялась.
– Ну, слава богу, а то я уж было поверила, что это все.
– Шэрон, ты всегда так стараешься меня поддержать, что иногда от этого тошнить начина-ет! – смеялась Холли. – А вот что было внутри конверта вместе с запиской.
Она показала им мятую страницу, вырванную из туристического проспекта.
Она с улыбкой следила за тем, как девушки пытаются разобрать почерк Джерри, и наконец Дениз восхищенно всплеснула руками.
– Господи! – воскликнула она, подпрыгнув в своем кресле.
– Что, что? – нетерпеливо спросила Шэрон, тоже подскочив. – Джерри купил тебе путевку?
– Нет. – Холли с серьезным видом покачала головой.
– Ну-у… – Обе девушки разочарованно откинулись в креслах.
Она выдержала паузу, чтобы дать им возможность поволноваться, и заговорила снова.
– Девушки, – с каждым словом ее лицо все шире расплывалось в улыбке, – он купил путевку нам!
Они пришли в такой восторг, что пришлось открыть бутылку вина.
– Это потрясающе! – проговорила Дениз, переварив новость. – Джерри просто душечка!
Холли кивнула, втайне гордясь тем, что мужу снова удалось всех удивить.
– И ты пошла к этой Барбаре? – расспрашивала Шэрон.
– Да, она оказалась очень милой девушкой, – улыбнулась Холли, – битый час со мной про-возилась, рассказывая о том, как к ним заходил Джерри, про что они разговаривали и все такое.
– Как здорово! – Дениз отпила немного вина. – А когда это было, кстати?
– Он заходил к ним в конце ноября.
– Ноября? – задумалась Шэрон. – Уже после второй операции…
Холли кивнула.
– Барбара сказала, что он выглядел очень слабым.
– И никто из пас ничего об этом не знал, чудеса! – восхищенно воскликнула Шэрон.
– И похоже, теперь мы все едем на Лансароте! – радостно засмеялась Дениз и подняла бо-кал. – За Джерри!
– За Джерри! – присоединились Холли и Шэрон.
– А вы уверены, что Том с Джоном не будут возражать? – спросила Холли, вдруг вспомнив, что, кроме подруг, существуют еще их мужчины.
– Ну конечно, Джон не будет возражать! – засмеялась Шэрон. – Он будет счастлив изба-виться от меня на целую неделю!
– Ну а мы с Томом в другой раз куда-нибудь съездим, меня это тоже вполне устраивает, – согласилась Дениз. – Не торчать же нам вместе весь отпуск!
– Ну да, вы и так почти живете вместе, – захохотала Шэрон.
Дениз ничего не ответила, и они сменили тему. Вот так всегда, с досадой подумала Холли. Ей было ужасно интересно узнать, как ведут себя их мужчины, но они никогда не рассказывали подробностей, видимо боясь ее задеть. Они вообще боялись делиться с ней хорошими новостями, как, впрочем, и плохими. Вот Киара, например, тоже не хотела рассказывать о своем разрыве с приятелем – ей казалось, что это выглядит слишком мелко на фоне трагедии, случившейся с Хол-ли. Как следствие, вместо нормального разговора ее каждый раз грузили всякой ерундой, и это начинало ее раздражать. Они же не могут навсегда отгородить ее от своей жизни!
– Я должна отметить, что гномик на славу поработал в твоем саду, Холли, – прервала ее размышления Дениз.
Холли взглянула в окно и залилась краской.
– Ах да, Дениз, извини, что я на тебя наорала там, в саду. И наверное, надо бы зайти побла-годарить соседа.
Кактолько Дениз и Шэрон уехали, Холли вытащила из погреба бутылку вина и пошла к со-седу.
– Привет, Холли, – улыбнулся Дерек, открывая дверь. – Заходи, заходи.
Холли заглянула в кухню и увидела, что вся семья собралась за обедом. Она смущенно по-пятилась к двери.
– Нет-нет, я не хотела вас беспокоить, я просто зашла, чтобы поблагодарить. – И она протя-нула ему бутылку.
– О, Холли, очень любезно с твоей стороны, – сказал он, читая этикетку на бутылке, а затем поднял на нее смущенный взгляд, – но прости, пожалуйста, за что именно ты хочешь меня побла-годарить?
– Ну, за то, что вы привели в порядок мой сад, – ответила она, краснея, – меня уже, наверное, вся округа ненавидит, ведь мой сад портил вид улицы. – Она рассмеялась.
– Холли, до этого никому нет дела – уверяю тебя, что все понимают твое положение. И я, к сожалению, ничего в твоем саду не трогал, вот что я хочу сказать.
– О… – Холли откашлялась, чувствуя себя совершенно сбитой с толку. – Я думала, это вы.
– Нет-нет. – Он отрицательно покачал головой.
– Ну, тогда, может быть, вы случайно знаете, кто это сделал? – Она снова засмеялась как идиотка.
– Понятия не имею, – недоуменно ответил он. – Я думал, что ты сама. – Он рассмеялся. – Как странно.
Холли была ужасно смущена и не знала, что сказать.
– Так что, пожалуйста, возьми ее обратно, – неловко сказал он, протягивая ей бутылку.
– Нет, что вы, – она замахала руками, – оставьте себе, в знак моей признательности за то, что… за то, что мы с вами никогда не портим друг другу жизнь. Простите, не буду мешать вам обедать. – Она вылетела из их дома, горя от стыда. Какой же дурой надо быть, чтобы не знать, кто подстриг твой собственный сад?
Холли обошла несколько соседних домой, но никто понятия не имел, о чем она говорит. Как ни странно, у каждого была какая-то работа и другие дела; а она думала, что они целыми днями сидят у окна, наблюдая за ее садом. Вконец сбитая с толку, она вернулась домой и у двери услы-шала, как звонит телефон.
– Алло? – запыхавшись, проговорила она в трубку.
– Ты что, марафон бегала?
– Нет, я пыталась выследить гномика, – объяснила Холли.
– А, здорово.
Как ни странно, Киара не удивилась.
– Через две педели у меня день рождения. Холли совершенно забыла об этом.
– Да, я помню, – ответила она будничным тоном.
– Вот, и мама с папой хотят, чтобы мы все пошли куда-нибудь ужинать…
Холли застонала.
– Вот именно. – И она крикнула куда-то в сторону: – Пап, Холли сказала то же, что и я.
Холли прыснула, услышав возмущенные крики отца.
Киара вновь взяла трубку и заговорила очень громко, чтобы отец мог расслышать.
– Слушай, я думаю вот что. Можно действительно устроить семейный праздник, но пригла-сить на него еще и друзей, и тогда будет очень даже неплохо. Ты как думаешь?
– Звучит завлекательно, – отозвалась Холли. Киара крикнула в сторону:
– Пап, Холли нравится мое предложение!
– Это замечательно, – услышала Холли гневный голос отца, – но я не собираюсь платить за всех этих людей.
– Он прав, – присоединилась Холли. – Слушай, а может, организуем барбекю? Папа сможет всласть повозиться с жаровней, и потом, это будет намного дешевле.
– О, классная идея! – Киара закричала куда-то вдаль. – Пап, а как насчет барбекю?
Возмущенные выкрики стихли.
– Он в восторге от твоей идеи, – захихикала Киара. – Мистер Шеф-повар снова сможет по-хвастаться своей стряпней.
Холли улыбнулась, представив реакцию отца. Он ужасно любил барбекю и так серьезно подходил к процессу, что не оставлял жаровню ни на секунду, любуясь каждым собственноручно пожаренным кусочком. Джерри вел себя так же. Видимо, барбекю для мужчин – это что-то осо-бенное. Может быть, потому, что они не умеют готовить ничего, кроме этого, или просто в глуби-не души страдают пироманией.
– Ну хорошо, пригласи, пожалуйста, Шэрон с Джоном, Дениз с ее диджеем и еще… можешь позвать этого парня, Дэниела? Он такой милашка! – Она истерически захохотала.
– Киара, да я же с ним почти не знакома! Попроси Деклана, чтобы пригласил его, они по-стоянно видятся.
– Нет. Ведь я хочу, чтобы ты незаметно дала ему понять, что я его люблю и хочу от него де-тей. Думаю, Деклан с этим не справится.
Холли застонала.
– Прекрати! – набросилась на нее Киара. – В конце концов, это же мой день рождения!
– Хорошо, – сдалась она, – но почему ты приглашаешь моих друзей, а не своих?
– Холли, меня слишком долго не было, я успела растерять всех друзей. А мои новые друзья живут в Австралии, и эти придурки даже не догадались позвонить мне, – с горечью закончила она. Холли поняла, о ком речь.
– Может быть, это как раз была бы отличная возможность восстановить старые связи. При-гласи их на барбекю, там как раз будет прекрасная расслабленная обстановка.
– Нуда, а что я скажу им, когда они начнут расспрашивать? «У тебя есть работа? – М-м-м… нет. – А приятель у тебя есть? – М-м-м… нет. – А где ты живешь? – М-м-м… ну, вообще-то я все еще живу с родителями». Жалко звучит, правда?
Холли решила не спорить.
– Ну что ж… тогда я обзвоню остальных, и… Но Киара уже повесила трубку.
Холли решила начать с Дэниела, чтобы быстрее покончить с неприятным поручением.
– Добрый день, паб «У Хогана».
– Здравствуйте, могу я поговорить с Дэниелом Коннелли?
– Да, минуточку. – В трубке снова заиграли «Зеленые рукава»/
– Алло?
– Дэниел? Здравствуйте.
– Да, кто это?
– Это Холли Кеннеди.
Она нервно расхаживала по спальне. Только бы он вспомнил ее имя.
– Кто? – переспросил он, пытаясь перекричать шум, доносившийся из бара.
Холли шлепнулась па кровать.
– Холли Кеннеди. Сестра Деклана, помните?
– О, Холли, привет, подождите минутку, я выйду куда-нибудь, где потише.
И снова ей пришлось слушать «Зеленые рукава». Она вскочила с кровати и начала нервно пританцовывать, глядя на себя в зеркало.
– Прошу прощения. – Дэниел засмеялся. – Вам нравятся «Зеленые рукава»?
Холли покраснела.
– Ну, вообще-то нет. – Она вдруг забыла, зачем звонит. Ах да! – Я звоню, чтобы пригласить вас на барбекю.
– Здорово. С удовольствием.
– В пятницу на следующей неделе у Киары день рождения. Вы помните Киару, мою сестру?
– М-м… да, с розовыми волосами. Холли засмеялась.
– Нуда, глупый вопрос, Киару знают все. Так вот, она попросила меня пригласить вас на барбекю и незаметно дать вам понять, что она хочет выйти за вас замуж и родить от вас детей.
Дэниел расхохотался:
– Да… это действительно было незаметно. Интересно, подумала Холли, нравится ли ему во-обще Киара.
– Ей в пятницу исполнится двадцать пять, – зачем-то добавила Холли.
– Хм… хорошо.
– Придет Дениз с вашим другом Томом и Деклан со своей группой, так что там будет много знакомых.
– А вы придете?
– Ну конечно!
– Отлично, тогда у меня там будет еще больше знакомых! – Он засмеялся.
– Ну и замечательно. Киара будет очень рада, что вы придете.
– С моей стороны было бы грубо не принять приглашение от принцессы.
На мгновение Холли подумала, что он пытается заигрывать с ней, а затем поняла, что он имеет в виду злополучный фильм, и пробормотала в ответ что-то невнятное. Он уже был готов повесить трубку, когда ей в голову пришла неожиданная мысль.
– Ой, я еще хотела кое-что сказать.
– Давайте, – засмеялся он.
– Помните, мы как-то разговаривали с вами о работе. Предложение еще в силе?

0

26

Глава двадцать пятая

Слава богу, погода не подвела, подумала Холли, закрывая машину и направляясь к дому ро-дителей. Погода на этой неделе радикально изменилась, день за днем лили дожди. Киара билась в истерике по поводу предстоящего барбекю, но, ко всеобщему облегчению, к выходным погода наладилась. Холли покрылась изумительным коричневым загаром: она месяц жарилась в саду, наслаждаясь бездельем, и сегодня собиралась продемонстрировать всем эту красоту, для чего на-дела короткую джинсовую юбочку, недавно купленную на распродаже, и узкую белую футболку, подчеркивавшую загар.
Она очень гордилась выбранным подарком и была уверена, что Киара будет вне себя от сча-стья: Холли купила сестре сережку в пупок в виде бабочки, крылья которой усыпаны крохотными розовыми камнями. Она должна отлично подойти к новой татуировке-бабочке и конечно же к ро-зовым волосам Киары. Из сада доносился громкий смех. Похоже, все уже собрались. Она сразу заметила развалившихся на траве Дениз, Тома и Дэниела. Шэрон, почему-то без Джона, болтала с матерью Холли. Наверняка обсуждают, как у Холли дела. Поразительно, конечно, что мать нашла время посидеть с гостями – это само по себе было маленьким чудом. В центре сада, громко крича и наслаждаясь всеобщим вниманием, стояла именинница, одетая в малюсенькую розовую маечку и голубые джинсы-капри.
Холли подошла к ней и протянула подарок. Киара немедленно схватила коробочку и разо-рвала ее в клочья. Пожалуй, не стоило тратить столько сил на упаковку, подумала Холли.
– Ах, Холли, какая прелесть! – завопила Киара и бросилась ей на шею.
– Я знала, что тебе понравится. – Холли обрадовалась, что не ошиблась с подарком. В про-тивном случае сестрица не замедлила бы сообщить ей об этом.
– Я ее сейчас же надену, – заявила Киара, вытаскивая из пупка колечко.
Холли посмотрела, как она протыкает сережкой кожу, и содрогнулась:
– Ой… я, пожалуй, пойду. Не могу на это смотреть.
В воздухе изумительно пахло жареным мясом, и у Холли потекли слюнки. Как она и думала, все мужчины во главе с отцом столпились у жаровни. Настоящие охотники, добывающие женщинам еду.
Холли заметила среди них Ричарда и подошла. Прервав беседу, она спросила прямо в лоб:
– Ричард, это ты подстриг мой сад?
Ричард поднял глаза от жаровни. Похоже, вопрос застал его врасплох.
– Прости, что я сделал?
Остальные мужчины тоже замолчали и изумленно смотрели на нее.
– Это ты подстриг мой сад? – снова спросила она, засунув руки в карманы. Она сама удиви-лась агрессивности, с которой был задан вопрос, – видимо, сработала многолетняя привычка. Если он подстриг сад – это, конечно, огромное одолжение, но она никого не просила об этой услуге.
– Когда? – Ричард оглянулся на остальных. У него был такой вид, словно его обвинили в убийстве.
– Я не знаю, когда именно, – резко ответила она, – пару недель назад.
– Нет, Холли, – так же резко ответил он. – Видишь ли, кое-кто из нас ходит на работу.
Холли одарила его ненавидящим взглядом. Увидев, что назревает скандал, отец решил вме-шаться. Не хватало семейной сцены на виду у всех.
– Что случилось, дорогая? Кто-то привел в порядок твой сад?
– Да, но я не знаю, кто это, – пробормотала она, пытаясь понять, что же теперь делать. – Это не ты, папа?
Фрэнк отрицательно покачал головой, подумав, что дочь, похоже, рехнулась окончательно. – Деклан, это не ты?
– Ну, у меня была такая мысль, конечно, – саркастически ответил он.
– А может быть, вы? – Она повернулась к незнакомому мужчине, стоящему рядом с отцом.
– М-м-м… нет, я только что прилетел в Дублин… м-м-м… на выходные, – нервно ответил он с явным английским акцентом.
Киара расхохоталась.
– Холли, давай я тебе помогу. КТО-НИБУДЬ ТРОГАЛ САД ХОЛЛИ? – изо всех сил завопи-ла она. Все присутствующие обернулись и отрицательно замотали головами. Никто ничего не по-нял.
– Смотри, как просто! – хохотала Киара.
Холли неодобрительно покачала головой, глядя на нее, и ушла в дальний конец сада, где си-дели Дениз, Том и Дэниел.
– Ты что, все еще ищешь гнома? – засмеялась Дениз.
– Нуда, – ответила Холли, присаживаясь рядом с ней на траву. – Но это настолько странно! – Она рассказала Тому и Дэниелу историю с садом.
– Может быть, это организовал ваш муж? – выпалил Том, и Дэниел посмотрел на него не-одобрительно.
– Нет, – ответила Холли, не глядя на него. Очень неприятно, что посторонний человек столько знает о ее личной жизни. – Вряд ли.
Она сердито взглянула на Дениз. Зачем было рассказывать Тому? Дениз беспомощно развела руками.
– Спасибо, что пришли, Дэниел. – Холли повернулась к нему, не желая больше разговари-вать с этой парочкой…
– Да не за что, мне очень приятно.
Вне бара он выглядел совсем по-другому. На нем была синяя жилетка, длинные шорты и синие кроссовки. Она скользнула взглядом по его бицепсам, проступившим, когда он потянулся за пивом. Она и не думала, что он в такой форме.
– Вы очень загорели, – отметила она, пытаясь объяснить свой пристальный взгляд.
– Вы тоже, – ответил он, демонстративно уставившись на ее ноги.
Холли засмеялась и поджала ноги под себя.
– Ну, я-то не работаю, а вот у вас откуда загар?
– Я был в Майами в прошлом месяце.
– Ух ты! Поправилось?
– Отлично провел время. – Он кивнул, улыбаясь. – Вы были там?
– Нет, хотя с удовольствием бы поехала. А мы с девочками на следующей неделе поедем на Лансароте. Жду не дождусь. – Она восторженно сжала ладони.
– Я слышал об этом. Прекрасный сюрприз, по-моему. – Похоже, он искренне радовался за нее.
– Да. – Она покачала головой, словно все еще не могла поверить, что это правда.
Они немного поболтали о его поездке и о жизни в целом. Холли с сожалением посматривала на свой гамбургер. Есть во время разговора она не могла: каждый раз, когда нужно было что-то сказать, оказывалось, что у нее полный рот, а подбородок весь в кетчупе.
– Я надеюсь, выездили в Майами нес подругой, потому что бедная Киара такого не выдер-жит, – сболтнула она и тут же отругала себя за бестактность.
– Нет, – серьезно ответил он, – Мы расстались несколько месяцев назад.
– Ой, как жаль. – Она закусила губу. – Вы долго были вместе?
– Семь лет.
– О, это немало.
– Да. – Он отвел глаза, и Холли поняла, что разговор ему неприятен.
– Кстати, вы уже вручили Киаре подарок? – Она попыталась сменить тему.
Дэниел немного оживился.
– Нет. – Он с улыбкой покачал головой. – Она все время была несколько… занята.
Холли обернулась, ища глазами сестру, и обнаружила, что она вовсю флиртует с одним из друзей Деклана, к ужасу последнего. Холли рассмеялась. Да, очень похоже, что она хочет детей от Дэниела.
– Позвать ее?
– Давайте, – улыбнулся Дэниел.
– Киара! – крикнула Холли. – Для тебя есть еще подарок!
– О-о-о! – восторженно завопила Киара и немедленно рванулась к ним, забыв о своем моло-дом человеке. Он был несколько обескуражен.
– Какой? – Она плюхнулась на траву рядом сними.
Холли кивнула на Дэниела.
Киара перевела на него нетерпеливый взгляд.
– Вы хотели бы поработать барменшей в клубе «Дива»?
Киара всплеснула руками: – Дэниел, это было бы прекрасно!
– А вы работали в баре когда-нибудь?
– Ну да, тысячу раз. – Она сделала неопределенный жест рукой.
Дэниел удивленно поднял брови. Видимо, он ожидал более внятного ответа.
– Я практически в каждой стране, где жила, работала в баре, честно! – заверила она.
Дэниел с облегчением улыбнулся:
– То есть думаете, что справитесь?
– Ну конечно! – завизжала она и бросилась ему на шею.
Был бы повод, подумала Холли, наблюдая, как Дэниел задыхается в объятиях сестры. Он покраснел и подавал Холли знаки SOS.
– Ладно, ладно, Киара, хватит. – Холли со смехом оттащила ее от Дэниела. – Ты же не хо-чешь задушить своего нового босса.
– Да, извините, извините, – отпустила его Киара. – Это так клево! Холли, у меня теперь есть работа! – снова завизжала она.
– Да, я слышала, – засмеялась Холли.
Неожиданно разговоры в саду затихли, и Холли оглянулась, пытаясь понять, что происходит. Все смотрели на оранжерею, в дверях которой появились родители с тортом в руках.
– С днем рождения! – запели они, гости присоединились, и Киара вновь оказалась в центре внимания. Когда родители вышли из оранжереи, Холли заметила, что за ними идет еще какой-то человек с огромным букетом в руках. Родители подошли к Киаре, поставили торт на стол перед ней, и тогда незнакомец опустил букет.
– Мэтью! – изумленно воскликнула Киара. Она ужасно побледнела, и Холли сжала ее руку.
– Киара, прости меня, я вел себя как дурак. – Голос Мэтью с отчетливым австралийским ак-центом прогремел на весь сад.
Кто– то из друзей Деклана громко прыснул, явно не одобряя такого пафоса. Мэтью выглядел в точности как герой австралийской мыльной оперы, но только такой драматизм и мог впечатлить Киару.
– Я люблю тебя! Пожалуйста, вернись ко мне! – провозгласил он, и все перевели взгляд па Киару, ожидая, что же она ответит.
Ее нижняя губа задрожала, она вскочила и бросилась в объятия Мэтью. Он поднял ее на руки и закружил.
Холли прослезилась, не выдержав этого зрелища. Как чудесно – ее сестра снова сможет быть с человеком, которого любит. Деклан схватил камеру и начал снимать.
Дэниел положил руку на плечо Холли.
– Как жаль, Дэниел, – сказала Холли, вытирая глаза, – похоже, вас только что бросили.
– Ничего страшного, – засмеялся он. – Все равно не стоит смешивать работу и личную жизнь. – Выглядел он так, словно у него гора с плеч свалилась.
Холли с умилением наблюдала за Мэтью и Киарой. Они продолжали обниматься.
– Ребята, вы бы в комнату зашли! – с отвращением выкрикнул Деклан, и сад огласился дружным хохотом.

0

27

Глава двадцать шестая

У всех у нас каникулы, каникулы, каникулы! – хором пели девушки по дороге в аэропорт.
Джон вызвался их подвезти, но очень быстро пожалел об этом. Они вели себя так, словно первый раз в жизни ехали за границу. Холли набила сумку конфетами, шоколадом и женскими журналами, и, обнявшись на заднем сиденье автомобиля, они беззаботно горланили песни.
В аэропорту они гурьбой высыпали из машины, оставив Джона выгружать из багажника че-моданы. Дениз сразу же побежала через дорогу в зал ожидания, как будто это могло ускорить вы-лет. Холли осталась у машины, пока Шэрон прощалась с мужем.
– Ты будь поосторожней, ладно? – обеспокоенно шептал он. – Постарайся не делать глупо-стей.
– Джон, конечно, я буду очень осторожной. Джон ее не слушал:
– Развлекаться здесь – одно дело, а в другой стране так нельзя, понимаешь…
– Джон, – Шэрон обхватила его руками за шею, – я еду, чтобы отдохнуть. Перестань волно-ваться.
Он прошептал ей что-то на ухо, и она кивнула:
– Я знаю, знаю.
Они поцеловались на прощание, и Джон обнял Холли.
– Позаботься, пожалуйста, о моей красавице жене, ладно?
– Конечно, Джон. Мы и едем-то всего на неделю, – засмеялась Холли.
– Я понимаю. Но после того, как я увидел, чем вы по ночам занимаетесь, я не могу не вол-новаться. – Он улыбнулся. – Хорошенько повеселись, Холли, ты заслужила немного отдыха.
Они поволокли свои чемоданы через дорогу, Джон смотрел им вслед.
Холли на мгновение остановилась перед входом. Она обожала аэропорты. Ей нравилась их атмосфера: все эти звуки, запахи, люди, которые бродят взад-вперед со своими чемоданами, меч-тая о предстоящем отпуске или о возвращении домой. Она любила наблюдать, как прилетающих встречают семьи, как они радостно обнимаются при встрече. Аэропорт был идеальным местом для наблюдения за людьми. Здесь ее всегда охватывало ощущение, что с ней должно случиться что-то особенное, потрясающее. Она чувствовала себя как перед каруселью в луна-парке.
Холли и Шэрон нашли Дениз, стоящую в хвосте невероятно длинной очереди на регистра-цию.
– Я говорила, что надо приехать пораньше, – ныла Дениз.
– Тогда бы мы столько же прождали в следующем зале перед выходом на посадку, – пожала плечами Холл и.
– Ну да, но там хоть бар есть! – объяснила Дениз свое нетерпение. – И это единственное ме-сто в этом дурацком здании, где мы, несчастные курильщики, можем закурить, – проворчала она.
– Разумно, – согласилась Холли.
– Так, девушки! Пока мы еще не вылетели, я хочу сказать вам обеим, что я не собираюсь напиваться до потери сознания и устраивать по ночам веселье. Я лягу у бассейна или на пляже, почитаю книжечку, немножко перекушу и пойду баиньки, – совершенно серьезно заявила Шэрон.
Дениз потрясенно взглянула па Холли:
– Может, еще не поздно позвать кого-то другого, Холл? Как думаешь? Ее чемоданы все тут, и Джон наверняка еще не успел уехать далеко.
Холли рассмеялась:
– Нет, я вынуждена согласиться с Шэрон. Я тоже хочу просто отдохнуть, без экстрима.
Дениз надулась, как ребенок.
– Да не волнуйся ты, – мягко сказала Шэрон. – Я уверена, что там будет много детей твоего возраста и ты сможешь поиграть с ними.
Дениз обиженно дернула головой:
– Ну что ж, когда меня спросят на таможне, хочу ли я что-то продекларировать, я продекла-рирую, что мои подруги – старые кошелки!
Шэрон и Холли пожали плечами.
Их очередь подошла через тридцать минут, они регистрировались, и Дениз как безумная ки-нулась в магазин за дневной порцией сигарет.
– Слушайте, почему на меня таращится та девчонка? – процедила Дениз сквозь зубы, косясь на девушку в конце бара.
– Наверное, потому что ты таращишься на нее, – ответила Шэрон, глядя на часы. – Осталось всего пятнадцать минут.
– Нет, правда, девочки. – Дениз повернулась к ним. – Я же не параноик, я вижу, что она на нас смотрит.
– Тогда подойди к ней и предложи выйти разобраться, – хмыкнула Холли.
– Она идет сюда, – прошептала Дениз, поворачиваясь к ней спиной.
Холли подняла глаза и увидела худую блондинку с огромной силиконовой грудью, прибли-жавшуюся к ним.
– Доставай кастет, Дениз, она, похоже, опасная особа, – хихикнула Холли, заставив Шэрон подавиться минеральной водой.
– Привет! – тонким голоском поздоровалась девушка.
– Здрасьте, – ответила Шэрон, сдерживая смех.
– Я не хотела показаться невоспитанной, глядя на вас, и поэтому решила подойти, чтобы убедиться, что это действительно вы!
– Ну да, это я, – саркастически ответила Шэрон. – Собственной персоной.
– О, я так и знала! – взвизгнула девушка, запрыгав от восторга. Как и ожидалось, её грудь при этом даже не шелохнулась. – Мои подруги говорили, что я обозналась, но я знала, что это вы! Они вон там. – Она развернулась и показала в конец бара, откуда четыре другие девчонки ше-вельнули пальчиками в ответ. – Меня зовут Синди…
Шэрон снова закашлялась.
– …И я ваша самая большая поклонница, – восхищенно пищала она. – Я просто обожаю это шоу, где вы снялись, я его посмотрела тысячу раз! Вы играли принцессу Холли, правда? – спро-сила она, ткнув в Холли наманикюренным пальчиком.
Холли открыла было рот, но Синди се не слушала.
– А вы играли ее фрейлину! – Она ткнула в Дениз. – А вы, – она завизжала еще громче, ука-зывая на Шэрон, – вы были подругой австралийской рок-звезды!
Она подвинула стул и уселась к ним за столик. Девушки нервно переглянулись.
– Видите ли, я сама актриса… Дениз чуть слышно хмыкнула.
– …И я бы ужаа ю хотела принять участие в таком шоу! Когда вы собираетесь снимать сле-дующее?
Холли открыла было рот, чтобы объяснить, что они на самом деле совсем не актрисы, но Дениз опередила ее.
– Ну, следующий проект сейчас обсуждается, – соврала она.
– Как здорово! – Синди захлопала в ладоши. – А о чем он?
– Мы пока не можем рассказывать подробности, но снимать будем в Голливуде.
Синди изменилась в лице так, словно ее вот-вот хватит удар.
– Господи боже мой! А кто ваш агент?
– Фрэнки. – Шэрон не дала Дениз заговорить. – Так что мы с Фрэнки едем в Голливуд.
Холли не могла больше сдерживать смех.
– Не обращай на нее внимания, Синди, она просто не может прийти в себя от восторга, – объяснила Дениз.
– Класс! Вы будете в Голливуде! – Синди опустила глаза на посадочный талон Дениз и всплеснула руками. – Вы тоже едете на Лансароте?
Дениз схватила посадочный талон и спрятала его в сумку, словно это могло что-то изменить.
– И мы с подружками летим туда же! Они вон там. – Она еще раз обернулась, еще раз пома-хала им, и они еще раз махнули в ответ. – Наш отель называется «Коста-Пальма-палас». А вы где остановитесь?
У Холли екнуло сердце.
– Я даже и не помню название, а вы? – Она подняла на Шэрон и Дениз полные ужаса глаза.
Они обе яростно замотали головами.
– Что ж, это не страшно. – Синди беззаботно пожала плечами. – Мы все равно встретимся после посадки! Пожалуй, я пойду, не хочу, чтобы самолет улетел без меня! – Последние слова она пропищала так громко, что люди за ближними столиками начали оборачиваться. Она обняла де-вушек по очереди и ушла.
– Похоже, кастет нам все же не помешал бы, – страдальчески проговорила Холли.
– Да ладно, – фыркнула Шэрон, как всегда полная оптимизма. – Мы можем просто не обра-щать на нее внимания.
Они поднялись и направились на посадку. Когда они подошли к своим местам, у Холли появилось плохое предчувствие, и она забралась в самое дальнее от прохода кресло. Шэрон села рядом с ней, а Девиз изменилась в лице, увидев, с кем ей придется сидеть.
– О, как здорово! Ваше место рядом с моим! – завизжала Синди.
Дениз одарила подруг ненавидящим взглядом и плюхнулась в свое кресло.
– Вот видишь, я же говорила, что ты найдешь себе подружку. Теперь будет с кем играть, – прошептала Шэрон, и они с Холли расхохотались.

0

28

Глава двадцать седьмая

Четыре часа спустя их самолет приземлился в аэропорту Лансароте. Салон огласился бурей аплодисментов, но никто из пассажиров не испытал такого облегчения, как Дениз.
– У меня голова раскалывается, – стонала она, когда они шли за багажом. – Эта проклятая девчонка болтала, и болтала, и болтала. – Дениз потерла виски и прикрыла глаза, наслаждаясь тишиной.
Но Синди и ее компания уже снова, весело щебеча, приближались к ним. Заметив опасность, Шэрон и Холли мгновенно отступили в толпу, оставив Дениз, блаженно закрывшую глаза, одну.
Они попытались протиснуться к своему багажу. К сожалению, не им одним пришла в голову эта мысль – толпа обступила конвейер плотной стеной, и разглядеть что-либо было совершенно невозможно. Пришлось прождать полчаса, прежде чем багаж начали выдавать, и спустя еще полчаса они все продолжали стоять в ожидании, в то время как большая часть пассажиров уже разбежалась по автобусам.
– Ну что, красавицы, – подошла к ним Дениз с сумкой за спиной. – Все ждете свои вещи?
– Да нет, просто стоим. Очень приятно наблюдать, как эти два чемодана катаются по кругу. Поезжайте в отель, а я еще немного полюбуюсь, – мрачно съязвила Шэрон.
– Надеюсь, твой чемодан потерялся по дороге, – захохотала Дениз. – Или нет, пусть он рас-кроется, упав на конвейер, чтобы все могли насладиться зрелищем твоих гигантских трусов и лифчиков.
Холли посмотрела на Дениз с нежностью:
– Тебе полегчало хоть чуть-чуть?
– Еще нет, сначала нужно покурить. – Она выдавила из себя вымученную улыбку.
– О! Мой чемодан! – завопила Шэрон и рванула его к себе, со всего маху ударив Холли в лодыжку.
– Ай!
– Прости, дорогая, но мне нужно было спасать мои вещи.
– А мои вещи, похоже, потеряли. Ну, я их затаскаю по судам, – разозлилась Холли. Она единственная до сих пор не получила багаж. – Почему мой чемодан всегда выдают в последнюю очередь? – с отчаянием в голосе спросила она подруг.
– Закон Мерфи, – пожала плечами Шэрон. – Смотри, вот он! – Она бросилась к чемодану Холли и снова ударила ее углом в туже самую лодыжку.
– А-а-а-й! – завопила та, схватившись за ногу. – Ты что, не могла вытащить эту чертову штуку как-то по-другому?
– Прости, – Шэрон всплеснула руками, – но я знаю только один способ вытаскивать эти штуки.
Они поплелись к выходу, ища глазами представителя компании, который должен был их встретить.
– Перестань, Гарри! Отпусти меня! – донесся из-за угла сдавленный визг. Девушки удив-ленно переглянулись и заглянули туда. Визжавшая девушка оказалась именно той, кого они иска-ли, – сотрудницей компании. Она была одета в красную униформу, а молодой человек в такой же униформе настойчиво пытался ее обнять. Подруги ободряюще улыбнулись. Девушка улыбнулась в ответ и высвободилась из объятий.
– Вы Кеннеди, Маккарти и Хеннесси? – спросила она с отчетливым лондонским акцентом.
Девушки кивнули.
– Здравствуйте. Меня зовут Виктория. Я буду сопровождать вас от лица компании. – Она улыбнулась. – Пойдемте, я покажу ваш автобус.
Подмигнув на прощание Гарри, она повела девушек к выходу.
Было два часа ночи, но на улице их встретил неожиданно теплый ночной бриз. Холли радо-стно обернулась на подруг. Наконец-то похоже, что они действительно приехали на курорт.
Пассажиры автобуса встретили их радостными приветствиями. Еще не хватало, поморщи-лась Холли. Меньше всего она хотела перезнакомиться здесь со всеми туристами.
– Э-эй! – пропела Синди, махнув им рукой. – Я заняла вам места!
Дениз тяжело вздохнула и поплелась на предложенное место. Холли сразу же уселась у окна и уставилась на улицу. Главное – не оглядываться, может быть, тогда Синди догадается, что она не настроена общаться. В конце концов, она пыталась дать это понять с первого момента их встречи.
Когда через сорок пять минут автобус подъехал к отелю «Коста-Пальма-палас», у Холли пе-рехватило дух. Вдоль дороги тянулись ряды огромных пальм, а перед главным входом сверкал роскошный фонтан. На выходе все пассажиры по очереди начали прощаться с девушками, и Хол-ли вновь нахмурилась.
Для них был забронирован прекрасно обставленный номер с одной спальней на двоих, ма-ленькой кухней и огромной гостиной с мягкими диванами. И конечно, с ванной и балконом. Пер-вым делом Холли вышла на балкон. Она хотела разглядеть море. Было слишком темно, но Холли слышала, как ласково бьются о берег волны, и одного этого было уже вполне достаточно для сча-стья.
– Покурить, покурить, очень нужно покурить. – На балкон выскочила Дениз, жадно затяги-ваясь сигаретой. – О-о-о! Так намного лучше. Будешь смеяться, но мне уже хотелось кого-нибудь убить.
Холли улыбнулась. Как же здорово, что они поехали вместе.
– Холл, ничего, если я буду спать на диване в гостиной? Тогда я смогу открыть балкон и ку-рить…
– Только если ты откроешь дверь, Дениз, – откликнулась из комнаты Шэрон. – Я не хочу по утрам просыпаться в клубах дыма.
– Вот и славно, – обрадовалась Дениз.
На следующее утро Шэрон вскочила в девять утра. Она шепнула Холли, что пойдет к бас-сейну занять шезлонги, и исчезла, но вернулась уже через пятнадцать минут.
– Все шезлонги заняли эти проклятые немцы, – возмущенно сообщила она. – Если я вам по-надоблюсь, я на пляже.
Холли пробормотала что-то в ответ и снова провалилась в сон. В десять Дениз запрыгнула к ней в кровать, уговаривая идти на пляж.
Песок под ногами был таким горячим, что обжигал ноги. Несмотря на загар, которым Холли так гордилась дома, здесь сразу становилось ясно, что они только что приехали, на пляже они бы-ли самыми бледными.
Шэрон читала книгу, сидя под зонтикам.
– Красота какая! – радостно воскликнула Дениз, оглядываясь по сторонам.
Шэрон подняла глаза от книги и умиротворенно улыбнулась:
– Как в раю.
Холли тоже огляделась. Как знать, может быть, Джерри попал именно в такой рай? Увы, как она ни всматривалась, его нигде не было. Повсюду, сколько хватало глаз, были одни влюбленные парочки. Парочки натирали друг друга солнцезащитным кремом, парочки прогуливались вдоль берега, держась за руки, парочки играли в теннис. Прямо перед нею тоже лежала обнявшаяся па-рочка. Холли почти загрустила, но ее отвлекла Дениз. Сбросив сарафан, та осталась в малюсень-ком купальнике леопардовой расцветки.
– Кто намажет меня кремом? Шэрон взглянула на нее поверх очков:
– Я могу, если ты настаиваешь, хотя ты вполне можешь и сама доставить себе это удоволь-ствие. Начни с груди, а дальше пойдет как по маслу.
– Вот же, а, – сморщилась Деииз, – если ты такая вредная, я могу попросить кого-то другого.
Шэрон усадила ее в шезлонг и принялась натирать кремом.
– Знаешь что, Шэрон?
– Что?
– Тебе нужно снять этот саронг, иначе у тебя останется ужасный след на бедрах.
Шэрон изумленно опустила глаза на свою крохотную юбочку.
– След? Откуда? У меня же не бывает загара. У меня настоящая ирландская кожа, Дениз.
Они захихикали.
Шэрон за всю ее жизнь никогда еще не удавалось загореть, если не считать ожогов и обле-зающей кожи. В конце концов она перестала и пытаться, смирившись с тем, что ее коже суждено навсегда остаться бледной.
– Да и к тому же я так распухла в последнее время, что могу распугать отдыхающих своим видом.
Холли удивленно окинула ее взглядом. Да, она немного поправилась, но ничего особенно страшного заметно не было.
– Тогда давай отправим тебя в бассейн, чтоб ты распугала там этих немцев, – радостно предложила Дениз.
– Да, если мы хотим попасть в бассейн, придется вставать пораньше, – покачала головой Холли. – На пляже будет скучновато.
– Нэ боись. Мы разбэремса с этими проклятыми нэмцами, – заявила Шэрон.
– Это будет «Операция «Бассейн», – захихикала Холли. Дениз посмотрела на нее недобрым взглядом.
Они провалялись на пляже весь день, изредка забегая в море, чтобы не перегреться. Пообе-дали прямо на берегу, и весь день прошел очень спокойно, как они и планировали. Холли наконец ощутила, что напряжение покидает ее тело и внутри появляется блаженное чувство умиротворения.
Этим вечером им удалось избежать встречи с Синди и ее командой. Они поужинали в одном из множества ресторанчиков рядом с отелем и к одиннадцати уже забрались в свои постели, мечтая о завтрашнем дне.
С утра можно было, согласно составленной программе отдыха, поехать на экскурсию или поучаствовать в каком-нибудь дурацком спортивном состязании. Но вместо этого девушки, едва проснувшись, побежали к бассейну, надеясь найти парочку свободных шезлонгов. Поразительно, но и в этот раз все места оказались заняты («Эти проклятые немцы что, вообще не спят?» – кипя-тилась Шэрон). Наконец Шэрон догадалась сбросить с пустых шезлонгов оставленные на них по-лотенца, и они уселись загорать.
Холли слегка задремала, когда рядом раздались ужасающие вопли и шум. Открыв глаза, она увидела Гарри – парня из туристической компании, почему-то одетого в женскую одежду. Он с воплями бегал вокруг бассейна, а его Виктория бегала за ним следом. Публика радостно подбад-ривала обоих. Наконец Виктории удалось его догнать, и под общие аплодисменты оба свалились в бассейн.
Через пару минут, едва Холли вошла в воду, чтобы немного освежиться, у края бассейна возникла какая-то женщина, громко прокричавшая в микрофон, что через пять минут в бассейне начнется занятие по аквааэробике. Виктория и Гарри, а также Синди и ее команда побежали во-круг бассейна, вытаскивая всех из шезлонгов.
– Да отцепитесь же вы наконец! – услышала Холли истерический вопль Шэрон. Видимо, ее тоже попытались затолкать в бассейн. Холли поспешно выбралась наверх, чтобы избежать встречи с толпой слоноподобных женщин, радостно прыгавших в воду. Следующие полчаса они провели, наблюдая за этими дамочками, скачущими в воде под громогласные вопли инструктора. Не успели они закончить, как был объявлен турнир по водному поло. Проклиная все существующие виды спорта, девушки поплелись на пляж, надеясь хоть там отыскать спокойное местечко.
– Холли, а родители Джерри тебе больше не звонили? – вдруг спросила Шэрон, входя в воду.
– Я периодически получаю от них открытки с рассказами о том, как они путешествуют и как у них вообще дела.
– Они все еще не вернулись из круиза?
– Пока нет.
– Скучаешь по ним?
– Если честно, после смерти Джерри они, по-моему, перестали считать меня своей родст-венницей. Детей у нас нет, так что они, похоже, не видят смысла поддерживать отношения.
– Да ты что! Ты же их невестка, вы не чужие друг другу!
– Я была их невесткой, – поправила ее Холли. – Видимо, теперь я им никто.
– Они довольно старомодные, насколько я помню, да?
– Да, даже слишком. Я помню, как они скандалили, когда мы с Джерри «жили во грехе», как они выражались… Не могли дождаться, когда же мы поженимся. А после свадьбы все стало еще хуже. Они никак не могли понять, почему я не сменила фамилию.
– Да, я помню, – засмеялась Шэрон. – На свадьбе его мамаша устроила мне настоящий наго-няй. «Женщина должна сменить фамилию, если она уважает своего мужа!» Представляешь? Такая настырная тетка!
Холли рассмеялась.
– Так что тебе повезло, что они тебя не трогают, – подвела итог Шэрон.
– Здорово. – Неожиданно откуда-то вынырнула Дениз.
– Ты где была? – удивилась Холли.
– Болтала с одним парнем из Майами. Довольно милый.
– Майами? Дэниел как раз недавно ездил туда, – вслух подумала Холли, болтая в воде нога-ми.
– Дэниел очень милый, правда? – осторожно заметила Шэрон.
– Да, он очень хороший, – согласилась Холли. – С ним легко.
– Том рассказывал, что он прошел через такой ад! – сообщила Дениз, ложась на матрас.
Холли навострила уши:
– О чем ты?
– Он был помолвлен с какой-то девкой, а она, как выяснилось, спала с другим. Поэтому он купил в Дублине паб и переехал туда, подальше от нее.
– Кошмар! – ужаснулась Холли. – Вот бедняга!
– А раньше где он жил? – спросила Шэрон.
– В Голуэе. У него там тоже был паб.
– Да? – удивилась Холли. – А говорит совершенно без акцента.
– Нуда, он вырос в Дублине или где-то рядом, не помню точно. – Дениз надоел этот разго-вор, и она грустно вздохнула. – Господи, как я скучаю по Тому.
– Атому парню из Майами ты об этом сообщила? – поинтересовалась Шэрон.
– Да мы просто немного поболтали, – возмутилась Дениз. – Меня не интересуют другие мужчины. Вы не поверите, я их просто не вижу, то есть вообще никого не замечаю. Это о многом говорит, учитывая, сколько сейчас вокруг нас полуголых мужиков!
– Это, Дениз, и называется любовью, – улыбнулась Шэрон.
– Может быть. Во всяком случае, я никогда раньше такого не испытывала.
– Как прекрасно, – пробормотала Холли себе поднос.
Некоторое время они молча покачивались на волнах, думая о своем, и тут Дениз вдруг исте-рически заорала, до смерти перепугав подруг.
– Черт возьми! – В се голосе слышался непритворный страх. – Вы только посмотрите, куда мы заплыли!
Холли приподнялась на матрасе и взглянула на берег. Он был очень далеко, а люди на нем казались просто муравьями.
– Вот ужас! – испуганно воскликнула Шэрон, и Холли взволнованно взглянула на нее. Если Шэрон испугалась, значит, их дела и правда плохи.
– Поплыли скорее! – завопила Дениз. Они перевернулись на живот и принялись изо всех сил шлепать руками по воде. Через несколько минут стало ясно, что так им ничего не добиться. Все трое уже запыхались, а берег, казалось, стал еще дальше, чем раньше.
Они старались напрасно. Течение было слишком сильным.

0

29

Глава двадцать восьмая

Дениз принялась кричать. – Помогите! – вопила она изо всех сил, яростно размахивая рука-ми.
– Я не думаю, что нас кто-нибудь услышит, – проговорила Холли, чувствуя, как слезы наво-рачиваются на глаза.
– Вотужничего глупее нельзя придумать, – проворчала Шэрон, – вы представляете себе, что значит заплыть в открытое море на надувном матрасе?
– Перестань, Шэрон, – с отчаянием перебила се Дениз. – Давайте лучше хором кричать, мо-жет быть, кто-нибудь и услышит!
Они дружно прокашлялись и приподнялись, насколько это было возможно.
– Итак… раз, два, три… ПОМОГИТЕ! – завопили они хором, размахивая руками.
Накричавшись, они с надеждой оглядели пляж, пытаясь понять, достигли ли какого-то ре-зультата. Похоже, на берегу ничего не изменилось.
– Вы как думаете, а акулы тут есть? – прошептала Дениз.
– Дениз, прошу тебя, – рявкнула на нее Шэрон, – Вот об этом нам точно сейчас не стоит ду-мать.
Холли всмотрелась в темную воду. Раньше ей казалось, что вода вокруг голубая и совер-шенно прозрачная, а сейчас она с ужасом обнаружила, что вода почти черная. Похоже, дело дрянь.
Шэрон и Холли снова стали грести, а Дениз продолжала душераздирающе вопить.
– Господи, Дениз, – простонала Шэрон. – Если тебе здесь кто и ответит, то только дельфины.
– А что толку с того, что вы дрыгаете руками? Вы уже пять минут плещетесь, а не отплыли до сих пор ни на метр.
Холли остановилась и взглянула на нее несчастными глазами.
– Да, – проговорила она, сдерживая слезы. – Шэрон, нам нужно поберечь силы.
Они дружно зарыдали. Больше ничего нельзя сделать, думала Холли, чувствуя, как ее охва-тывает паника. Кричать бесполезно – ветер уносит крики в море, плыть тоже – слишком сильное течение. Становилось прохладно, и море казалось все более темным. Как их вообще угораздило так вляпаться? Несмотря на панику, Холли с удивлением обнаружила, что ей стыдно за себя.
Она засмеялась сквозь слезы. Шэрон и Дениз с ужасом обернулись на нее.
– А ведь у всего этого есть и хорошая сторона, – выговорила она сквозь слезы и смех.
– Это какая же? – Шэрон изумленно вытерла глаза.
– Помните, мы – всегда мечтали попасть в Африку. – Она издала безумный смешок. – Судя по всему, мы уже где-то на полдороге туда.
Девушки посмотрели на горизонт, обдумывая ее слова.
– Вообще да… и так, между прочим, будет намного дешевле, – вынуждена была согласиться Шэрон.
Дениз посмотрела на них как на ненормальных, а они вдруг расхохотались, сообразив, на-сколько она нелепа в своем леопардовом купальнике, с посиневшими губами, посреди океана.
– Что такое? – испуганно спросила Дениз.
– Похоже, у нас огромные, огромные неприятности, – сказала Шэрон сквозь смех.
– Ага, – согласилась Холли. – И похоже, мы сходим с ума.
Еще минут десять они провели так, смеясь и рыдая попеременно, и тут Дениз услышала звук приближающейся моторной лодки. Она подскочила и принялась махать изо всех сил. Холли и Шэрон снова скорчились от смеха, наблюдая, как поднимаются и опускаются ее мокрые ручки на фоне голубого неба.
– Ну вот, наш вечер постепенно входит в свое обычное русло, – хмыкнула Шэрон, наблюдая, как полуголую Дениз обнял мускулистый спасатель.
– Видимо, у них шок, – сказал один из спасателей другому. Девушки истерически хохотали, пока их затаскивали в лодку.
– А матрасы? Скорее спасайте матрасы! – говорила Холли между приступами смеха.
– Матрасы на борт! – командовала Шэрон. Спасатели переглядывались, пряча улыбки. Де-вушек закутали в одеяла и повезли к берегу.
На пляже уже собралась огромная толпа. Девушки снова залились смехом. Их встретили громом аплодисментов. Дениз склонилась в реверансе.
– Сейчас-то они хлопают, а где они были, когда мы тонули, – пробурчала Шэрон.
– Предатели, – прошипела Холли.
– Вот они! – До них донесся знакомый писк, и из толпы выскочила Синди со своими ку-кольными подружками. – Господи! С вами все в порядке, девочки? – пищала она. – Я все видела в бинокль, это я вызвала спасателей! Выв порядке? – Она переводила испуганный взгляд с одной на другую.
– Да, мы в полном порядке, – серьезно заверила ее Шэрон. – Нам повезло. А вот у матрасов не было никаких шансов.
Они снова скорчились от смеха. Спасатели повели их в медпункт.
Только вечером они осознали, что реально могли утонуть. Они не проронили ни слова за ужином, думая только о том, как им повезло, что их вообще спасли. Как же можно было быть на-столько беззаботными! Дениз нервно ерзала на стуле, и Холли заметила, что она почти ничего не ест.
– Что с тобой? – поинтересовалась Шэрон, с шумом засасывая макаронину, так что соус раз-летался во все стороны.
– Ничего, – мрачно ответила Дениз, наливая себе воды.
Они еще немного помолчали.
– Извините, мне нужно в туалет. – Дениз поднялась и неуклюже направилась в дамскую комнату.
– Как думаешь, что с ней? – спросила Холли. Шэрон пожала плечами:
– Если бы я выпила десять литров воды за ужином, я бы тоже все время бегала в туалет.
– А может, она сердится на нас за то, что мы смеялись над ней?
Шэрон снова пожала плечами, и они молча продолжили ужин. Холли задумалась. Почему же она так странно повела себя там, в море? Сначала было страшно – когда она поняла, что может погибнуть, а потом… а потом ее вдруг охватило невероятное возбуждение: она поняла, что если она сейчас умрет, то окажется… рядом с Джерри. Неужели ей действительно все равно, жить или умереть? Так нельзя, подумала она. Нужно менять отношение к жизни. От мрачных мыслей ее от-влекла Дениз, вернувшаяся к столу. Скривившись, Дениз опустилась на свой стул.
– Что с тобой, Дениз? – удивилась Холли.
– Я вам не скажу. Я знаю, вы опять будете смеяться. – Она насупилась, как ребенок.
– Да ладно, мы же твои подруги! Мы не будем смеяться. – Холли с трудом сдерживала улыбку.
– Я сказала – нет. – Она налила себе еще воды.
– Дениз, ты же знаешь, что можешь поделиться с нами чем угодно. Мы обещаем, что не бу-дем смеяться. – У Шэрон был такой серьезный голос, что Холли стало стыдно за свою улыбку.
Дениз внимательно посмотрела на обеих, словно взвешивая, можно ли им верить.
– Ладно, – вздохнула она и еле слышно прошептала что-то себе под нос.
– Чего? – переспросила Холли, наклоняясь к ней.
– Дорогая, мы тебя не расслышали, ты слишком тихо говоришь. – Шэрон придвинулась ближе.
Дениз огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.
– Мы так долго лежали в море, что у меня обгорела задница.
– О, – только и смогла сказать Шэрон, откидываясь в кресле.
Холли отвернулась, стараясь не смотреть ей в глаза, и принялась пересчитывать кусочки в корзинке с хлебом.
Наступила неловкая пауза.
– Вот видите, я так и знала, что вы будете смеяться, – обиженно проговорила Дениз.
– А разве мы смеемся? – возразила Шэрон. Ее плечи уже начали вздрагивать.
Еще одна пауза.
Холли не смогла сдержаться.
– Ты намажь ее как следует кремом на ночь, а то еще, не дай бог, облезет.
И они обе взорвались хохотом.
Дениз кивнула, дожидаясь, когда они успокоятся. Ей пришлось ждать довольно долго. По правде говоря, спустя несколько часов, когда она уже пыталась заснуть на своем диване, они все еще не успокоились.
Последним, что она услышала, прежде чем провалилась в сон, была фраза Холли:
– Я надеюсь, Дениз, ты не забыла перевернуться на живот?
И снова послышался хохот.
На следующее утро Холли проснулась от странных звуков. Похоже, Шэрон тошнило в туа-лете. Она бросилась к ней и обняла ее, заботливо придерживая волосы, падающие на лицо.
– Что с тобой? – обеспокоенно спросила Холли.
– Вес хорошо… Мне всю ночь снились мерзкие сны, будто я плыву на корабле, а потом на матрасе и еще всякое такое… Видимо, меня укачало.
– Да, мне снилось то же самое. Вчера было очень страшно, правда? Шэрон кивнула.
– Я никогда больше не буду плавать на матрасе, – слабо улыбнулась она.
В ванную забежала Дениз, уже одетая в купальник. Вокруг бедер, скрывая обгоревшие яго-дицы, был повязан саронг, одолженный у Шэрон. Холли прикусила язык, чтобы не сострить. Бед-няжке явно было больно двигаться.
Спустившись к бассейну, они подошли к Синди и ее команде. Нужно было быть с ними по-любезней – в конце концов, это они вызвали спасателей. Правда, непонятно, зачем они вообще следили за ними в бинокль. Холли и Шэрон предпочли помалкивать, предоставив Дениз возмож-ность самостоятельно отвечать на все вопросы, связанные с их голливудским проектом. Холли было ужасно неловко за эту ложь, и она решила вообще не вмешиваться в разговор. Час спустя уже выяснилось, что у них назначены съемки с Джулией Роберте, Брэдом Питтом и Брюсом Уил-лисом. Синди и ее подружки жадно ловили каждое слово Дениз.
Остаток недели прошел относительно мирно. Они загорали, плавали, ужинали и спали, с ус-пехом избегая встреч с надоедливой Синди и неугомонными сотрудниками администрации, еже-дневно выдумывавшими новые развлечения для отдыхающих.
Холли была рада вернуться в Дублин. Она отлично отдохнула, набралась сил и великолепно загорела. Но, несмотря на свой оптимизм, она все-таки вздохнула, когда самолет приземлился в Дублине и сквозь стекло иллюминатора она увидела плотную пелену дождя. В этот раз пассажиры не стали аплодировать при посадке, да и сам аэропорт, казалось, был совсем другим, чем неделю назад. И снова Холли пришлось ждать до последнего, пока появился се чемодан, и прошел целый час, прежде чем они доплелись до Джона, ожидавшего их в машине.
– Похоже, таинственный гном больше не занимался садом, – заметила Дениз, когда они подъехали к дому Холли.
Холли расцеловала на прощание подруг и поднялась в свой тихий пустой дом. В комнатах стоял ужасный затхлый запах, и она первым делом прошла на кухню, чтобы открыть двери в сад.
Она подошла к двери, повернула ручку и застыла. Сад позади дома изменился до неузнавае-мости.

0

30

Глава двадцать девятая

После возвращения домой дни шли один спокойней другого. Путешественницы должны были отдохнуть друг от друга. Хотя они ничего не говорили вслух, Холли знала: после того как они целую неделю сидели друг у друга на голове, нужно сделать небольшой перерыв. Киару не-возможно было застать, она проводила время с Мэтью. Джек наконец получил отпуск и сбежал в Корк, в дом родителей Эбби, и через пару недель у него должны были снова начаться занятия в школе. А Деклан… черт его знает, где был Деклан.
Не то чтобы Холли было скучно одной… но и весело тоже не было. Все вокруг опять стало пустым и бессмысленным. Она валялась подолгу в кровати каждое утро, не находя причины под-няться. Даже поговорить было не с кем, разве что с родителями. После жаркой Испании Дублин казался сырым и противным. Она не могла ни загорать, ни просто сидеть на воздухе в своем новом саду.
В конце концов она совсем перестала вставать с постели. Валялась, смотрела телевизор и ждала… когда можно будет открыть следующий конверт. Она гадала, что еще Джерри приготовил для нее. Пока он был жив, она жила ради него, а сейчас ей оставалось жить только ради его писем. Она снова и снова думала о нем. Она верила, что целью ее жизни было встретить Джерри и прожить с ним до смертного часа. Что же ей делать сейчас? Должна быть какая-то цель… Или ее жизнь просто ошибка, случайно допущенная в небесной канцелярии?
Ее единственным развлечением стала охота на таинственного гнома. Она попыталась снова расспросить соседей, но они по-прежнему ничего не знали. Ей пришло в голову, что это садовник ошибся и случайно подстриг не тот сад. Каждый день она проверяла почту, ожидая получить от него счет, который, естественно, не сможет оплатить. Но счет так и не пришел. Вернее, не пришел этот счет, зато пришла масса других. Деньги таяли на глазах. Она была по уши в долгах, а счета все приходили – за электричество, за телефон, оплата страховки. Каждый день почтальон приносил все новые и новые, и она понятия не имела, как будет по ним расплачиваться. По правде говоря, она не забивала этим голову, ее перестали интересовать подобные глупости. Мечтать было намного интереснее.
Однажды Холли вдруг сообразила, почему не приходит загадочный гном. Ведь он стриг ее сад, только когда ее не было дома! С этой мыслью она встала с утра пораньше и отогнала машину за угол, чтобы не было видно с дороги. Вернувшись домой, она залезла в постель и принялась мечтать, как наконец поймает загадочного садовника.
Так прошло три дня. Дожди прекратились, снова выглянуло солнце, и Холли уже почти от-чаялась, как вдруг услышала шум подъехавшего автомобиля и чьи-то шаги возле дома. Она вско-чила с кровати, не понимая, что надо делать, хотя много раз представляла себе, как это будет. Она выглянула в окошко. В сад зашел маленький мальчик лет двенадцати, таща за собой газонокосил-ку. Она натянула на себя старую футболку Джерри и помчалась к двери.
Она торжествующе распахнула дверь. Мальчик, видимо, собирался позвонить. Его рука так и застыла на полдороге к звонку, глаза наполнились ужасом. Открыв рот, он смотрел снизу вверх на эту странную женщину.
– Ага! – торжествующе завопила Холли. – Вот я и поймала маленького гномика!
Он беспомощно пошевелил губами, не зная, что сказать. Через пару секунд его лицо скри-вилось, словно он вот-вот разрыдается.
– Папа! – испуганно закричал он.
Холли взглянула на дорогу. Нужно выжать как можно больше информации из мальчишки, пока не появился отец.
– Значит, это ты работал в моем саду? – Покачав головой, она сложила руки на груди.
Он испуганно тряс головой.
– Не отрицай, – настаивала она, – я поймала тебя с поличным. – Она кивнула на газоноко-силку.
Он обернулся, не зная, что сказать, и снова крикнул:
– Папа!
Из фургончика, стоящего через дорогу, вышел отец —
– Что случилось, сынок? – Он положил руку на плечо сыну и взглянул на Холли, ожидая объяснений.
Холли не собиралась сдаваться:
– Мы как раз обсуждали с вашим сыном ваши темные делишки.
– Какие еще темные делишки? – нахмурился он.
– Вы стригли мой сад без моего ведома, а теперь, видимо, ожидаете, что я буду платить за это. Я уже слышала про такие истории.
Она выпрямилась, стараясь дать ему понять, что так просто он ее не проведет. Мужчина смутился:
– Простите, миссис, но я не знаю, о чем вы. Мы никогда раньше не работали в вашем саду. – Он взглянул на сад и, видимо, решил, что эта женщина не в себе.
– Нет, не этот сад, вы подстригли тот сад, который за домом. – Она улыбнулась, решив, что теперь-то уж точно его поймает.
Он расхохотался ей в лицо:
– Подстриг ваш сад? Дамочка, вы что, с ума сошли? Мы стрижем только лужайки. Видите? Это же обычная газонокосилка. Она стрижет только траву, ничего больше.
Холли нервно засунула руки в карманы. Может быть, он действительно говорит правду.
– Вы точно не занимались моим садом? – прищурилась она.
– Дамочка, я вообще первый раз работаю на этой улице, не говоря уже про ваш сад, и я вам обещаю, что никогда в будущем ваш сад трогать не буду.
Холли побледнела:
– Но я думала…
– Мне плевать, что вы думали, – перебил он. – Постарайтесь впредь проверять информацию, прежде чем набрасываться на ребенка.
Холли опустила глаза на мальчика и увидела, что он почти плачет. Она испуганно всплеснула руками.
– Господи! Простите меня! – воскликнула она. – Подождите минуточку.
Она сбегала за кошельком и сунула последнюю пятерку в пухлую маленькую ручку. Его ли-цо просветлело.
– Пойдем. – Отец развернулся и повел ребенка назад к машине.
– Пап, я не хочу больше этим заниматься, – жалобно проговорил мальчик.
– Не волнуйся, сынок, не все же такие полоумные, как эта тетка.
Холи захлопнула дверь и подошла к зеркалу. Он прав. Она действительно превратилась в сумасшедшую. Осталось только завести полный дом кошек.
Зазвонил телефон.
– Алло? – устало ответила Холли.
– Приветик, как дела? – донесся до нее счастливый голос Дениз.
– Наслаждаюсь жизнью, – язвительно ответила Холли. Ей очень хотелось добавить: «Спаси-бо, что постоянно звонила мне в течение последних трех недель!»
– О, я тоже! – захихикала она в ответ.
– Правда? И чего это ты так радуешься?
– Да просто радуюсь жизни. – Она снова захихикала.
Ну да, радуется жизни. Ведь жизнь прекрасна, жизнь просто изумительна. Как она могла за-дать такой глупый вопрос.
– Так что скажешь?
– Хочу пригласить тебя на ужин завтра вечером. Я понимаю, что звоню слишком поздно, и ты, может быть, уже занята… тогда отменяй скорее все свои планы!
– Подожди минутку, я проверю ежедневник, – язвительно сказала Холли.
– Да, конечно, – серьезно ответила Дениз и замолчала, давая ей время.
– Представь себе, я завтра совершенно свободна!
– Здорово! – радостно ответила Дениз. – Мы встречаемся в восемь в «Чанге».
– Кто мы?
– Шэрон, Джон и несколько друзей Тома. Мы сто лет никуда не ходили, так что будет весе-ло!
– Ладно, тогда до завтра! – Холли бросила трубку, кипя от ярости. Почему Дениз не прихо-дит в голову, что Холли – вдова и ее жизнь уже давно не похожа на праздник? Она взлетела на-верх и распахнула одежный шкаф. Ну и что ей завтра надеть? Что-то из этого отвратительного старья? И как она собирается платить за ужин? В последние дни ей еле хватало денег на бензин. Она вышвырнула вещи из шкафа и разбросала их по всей комнате, яростно ругаясь. Да, завтра она отправится покупать кошек.

0

31

Глава тридцатая

К половине девятого Холли приехала в ресторан. За несколько часов она перемерила перед зеркалом весь свой гардероб и отбросила в угол все вещи одну за другой. В конце концов она оде-лась как тогда, для караоке. Эта одежда была куплена по настоянию Джерри и напоминала ей о нем. Последние несколько педель она с трудом держала себя в руках, тоска совсем замучила ее, делать ничего не хотелось, и сегодня вечером ей было очень трудно выбраться на люди. Когда же, интересно, в ее жизни начнется светлая полоса? Наверное, счастье никогда не приходит к тем, кто его так ждет. Она стала похожа на улитку, потерявшую раковину. Любая ерунда доводила ее до истерики.
Она уже почти дошла до столика своих друзей, когда увидела вывеску: «Семейные вечера».
Она остановилась на полдороге, замерла… а затем быстро попятилась назад и спряталась за колонну. Нет, это уж слишком. Значит, сегодня все прибудут парами и только она одна будет си-деть в одиночестве? Ну, нет. Она поискала глазами выход. Через главный вход уже не сбежать, они обязательно заметят. Возле кухонной двери она заметила пожарный выход, он как раз был открыт – видимо, чтобы проветрить зал. Она выскользнула наружу. Вдохнув свежий вечерний воздух, она снова почувствовала себя свободной. Вот только надо придумать, что сказать Шэрон и Дениз.
– Привет, Холли.
Она застыла, осознав, что ее поймали с поличным. Развернувшись, она увидела Дэниела, ко-торый курил у машины.
– Привет. – Она подошла к нему. – Я и не знала, что вы курите.
– Только когда нервничаю.
– А вы нервничаете?
– Я пытаюсь понять, стоит ли идти в этот зал, наполненный счастливыми парочками.
Холли улыбнулась:
– И вы тоже? Он засмеялся:
– Ну что ж, я не скажу им, что видел вас, если вы об этом подумали.
– А что, вы пойдете?
– Нужно встречать трудности с поднятой головой. – Он раздавил каблуком сигарету.
Холли задумалась над его словами.
– Пожалуй, вы правы.
– Я не заставляю вас идти, если вы не хотите. Еще не хватало, чтобы из-за меня вы весь ве-чер чувствовали себя неуютно.
– Как раз наоборот! Я буду очень рада, что в компании оказался еще кто-то без пары. Нас таких осталось совсем мало.
Дэниел рассмеялся и протянул ей руку.
– Прошу вас!
Холли взяла его под руку. Было очень приятно сознавать, что она не одинока в своем одино-честве.
– Кстати, я собираюсь сбежать сразу же после окончания торжественной части, – засмеялся он.
– Предатель. – Она с улыбкой шлепнула его по руке. – Мне тоже придется уйти пораньше, чтобы успеть на последний автобус.
У нее уже не было денег, чтобы залить бензином бак.
– Отлично, тогда у нас уважительная причина. Я скажу, что мне нужно отвезти вас домой, а вы скажете, что вам нужно быть дома… во сколько?
– К половине одиннадцатого. – В двенадцать она хотела открыть сентябрьский конверт.
– В самый раз, – улыбнулся он, и они вошли внутрь, чувствуя себя намного уверенней в компании друг друга.
– Вот они! – воскликнула Дениз, завидев их. Холли села рядом с Дэниелом, держась за него, как за спасательный круг.
– Простите, что мы опоздали, – извиняющимся голосом сказала она.
– Холли, это Кэтрин и Майк, Питер и Сью, Джоанна и Пол, Тина и Брайан, Джона и Шэрон ты знаешь, Джеффри и Саманта и, наконец, Энн и Саймон.
Холли улыбнулась и кивнула всем.
– Привет! А мы Дэниел и Холли, – нашелся Дэниел. Холли хихикнула в кулак.
– Нам пришлось уже сделать заказ, – оправдывалась Дениз, – но мы заказали столько всего, что можем просто поделить на всех. Вы не против?
Холли и Дэниел кивнули. Женщина рядом с Холли, чье имя она не запомнила, повернулась к ней и спросила:
– Холли, чем вы занимаетесь? Дэниел с интересом взглянул на Холли.
– Простите, когда именно? – серьезно переспросила Холли. Она ненавидела болтливых лю-дей, ненавидела разговоры о том, кто чем занимается, особенно когда эти разговоры заводили со-вершенно посторонние люди, знакомые друг с другом меньше минуты.
Она почувствовала, что Дэниел прыснул за ее плечом.
– Ну, чем вы занимаетесь в жизни? – не отставала женщина.
Холли уже заготовила для нее остроумный и даже, пожалуй, немного грубый ответ, но вдруг осеклась. Все затихли, слушая, что она скажет. Она смущенно оглянулась и откашлялась.
– Я… я сейчас как раз ищу работу. – Ее голос предательски дрогнул.
Женщина шевельнула губами, словно пытаясь вытащить из зуба застрявший кусочек пищи.
– А чем вы занимаетесь? – спросил у нее Дэниел, заполняя паузу.
– Ах, у Джеффри своя фирма, – высокомерно ответила она, поворачиваясь к мужу.
– Да, но чем занимаетесь вы? – снова спросил Дэниел.
Женщина вспыхнула.
– Ну, я каждый день чем-то занимаюсь, разными вещами… Дорогой, расскажи им о своей компании. – Она снова повернулась к мужу, пытаясь переключить общее внимание на него.
Ее муж выпрямился на стуле.
– У меня просто маленькая фирма. – Он откусил кусочек хлеба и начал медленно жевать. Все смотрели на него, ожидая, когда он снова заговорит.
– Маленькая, но довольно успешная, – добавила жена.
Джеффри наконец прожевал хлеб.
– Мы изготавливаем и продаем ветровые стекла для автомобилей.
– Как интересно, – сухо прокомментировал Дэниел, но никто, кроме Холли, не заметил его иронии.
– А чем вы занимаетесь, Дермот? – спросила женщина, поворачиваясь к Дэниелу.
– Простите, но меня зовут Дэниел. Я трактирщик.
– Ага. – Она кивнула и отвернулась. – Такая чудесная погода стоит в последние дни, прав-да? – спросила она, обращаясь ко всему столу.
И все одновременно заговорили. Дэниел повернулся к Холли:
– Как прошла поездка?
– О, просто великолепно. – Она улыбнулась. – Мы отдыхали, ничего не делали целую неде-лю.
– Как раз то, что было вам нужно, – улыбнулся он, – я уже слышал, как вы чуть не погибли.
– Я уверена, что это Дениз вам рассказала. Он кивнул и засмеялся.
– И наверняка она все преувеличила.
– Нет, она просто рассказала, как вас окружили акулы, а потом прилетели спасатели на вер-толете и спасли вас.
– Не может быть! Неужели она так и сказала?
– Нет, совсем нет, – засмеялся он. – Однако же здорово вы заболтались, если не заметили, как уплыли в открытое море!
Холли вспыхнула, вспомнив, что они как раз говорили о нем.
– Итак, внимание! – Дениз постучала по бокалу. – Вы все, наверное, хотите знать, почему мы с Томом сегодня пригласили вас на ужин.
– Загадка года, – пробормотал Дэниел. Холли тихо засмеялась.
– Мы хотим вам кое-что сообщить. – Она улыбнулась.
У Холли перехватило дыхание.
– Мы с Томом решили пожениться! – завизжала Дениз, и Холли онемела от изумления. Вот уж этого она никак не ожидала.
– Дениз! – проговорила она и бросилась обнимать подругу. – Какая потрясающая новость! Поздравляю!
Она взглянула на Дэниела. Тот побелел как мел.
Открыли шампанское, все подняли бокалы. Джемма и Джим, или Саманта и Сэм, или как там их звали, произнесли тост.
– Подождите, подождите! – закричала Дениз. – Шэрон, тебе что, не налили?
Все повернулись к Шэрон. В руке у нее был стакан апельсинового сока.
– Подожди. – Том потянулся к бутылке.
– Нет, нет… Не нужно, спасибо. – Она замахала руками.
– Почему? – удивилась Дениз, не ожидавшая, что подруга откажется отпраздновать ее по-молвку.
Джон и Шэрон посмотрели друг на друга улыбаясь.
– Послушайте, я не хотела говорить об этом сегодня, поскольку сегодня вечер Дениз и То-ма…
Все вокруг одобрительно загудели, заставляя ее продолжить.
– Ну ладно… я беременна! У нас с Джоном будет ребенок!
Это было уже слишком.
– Итак! Давайте выпьем за помолвку Тома и Дениз и за ребенка Шэрон и Джона!
Зазвенели стаканы. Холли медленно жевала, не замечая, что ест.
– Вы не передумали насчет одиннадцати? – тихо спросил Дэниел. Она помотала головой.
После того как с ужином было покончено, Холли и Дэниел извинились и собрались уходить. Никто, похоже, не намеревался их удерживать.
– Сколько мне оставить по счету? – спросила она у Дениз.
– Да перестань, – отмахнулась та от нее.
– Нет, правда, не надо за меня платить. Сколько я должна?
Женщина рядом с ней схватила меню и принялась подсчитывать стоимость заказанных блюд. Там было очень много всего, хотя Холли едва притронулась к закускам.
– Выходит по пятьдесят с человека, включая вино и шампанское.
Холли сглотнула и опустила глаза на тридцать евро, зажатые в кулаке.
Дэниел схватил ее за руку и поторопил:
– Пойдем, Холли, пойдем же.
Она уже открыла рот, чтобы извиниться за то, что не взяла с собой достаточно денег, но тут обнаружила, что в ее ладони появилась еще одна двадцатка.
Она благодарно улыбнулась Дэниелу. Они смогли наконец уйти.
Они ехали молча, каждый думал о том, что произошло. Холли хотела порадоваться за под-руг, но никак не могла избавиться от сосущей тоски. Да, у всех в жизни что-то происходит, но не у нее.
Дэниел остановился возле ее дома.
– Хотите зайти выпить чаю или кофе? – Она была уверена, что он откажется, но он с неожи-данной готовностью согласился.
– Ничего себе вечер, да? – Он сидел у неё на диване с чашкой кофе. Холли кивнула, она все еще не могла поверить.
– Дэниел, я знаю этих девушек почти всю мою жизнь и совершенно не ожидала этого…
– Если вам от этого легче – я тоже знаком с Томом много лет, и он мне ничего не сказал.
– А Шэрон, она же не пила, когда мы были в Испании, – Холли даже не слушала, что он го-ворил, – и ее тошнило по утрам, но она сказала, что ее укачало… – В ее голове фрагменты начали складываться в картину.
– Укачало? – переспросил Дэниел, не понимая.
– Ну, после того как мы чуть не утонули, – пояснила она.
– А, понятно.
В этот раз ни один из них не рассмеялся.
– Забавно, – сказал он, поднимаясь с дивана. О нет, подумала Холли, только бы он не взду-мал уходить прямо сейчас. – Друзья всегда говорили, что я женюсь раньше всех, – заговорил он.
У Холли совершенно не было настроения обсуждать сейчас все это, но она не хотела его обижать.
– Дениз сказала, что вы были помолвлены. – Она отхлебнула кофе.
– Да. – Он грустно усмехнулся. – Но из этого ничего не вышло. Сейчас она помолвлена с другим человеком. С одним из моих друзей, – с горечью добавил он.
– Видимо, теперь он вам уже не друг.
– Нет. – Он покачал головой. – Уже нет.
– Грустная история, – искренне сказала она.
– Все мы получаем свою долю неприятностей. Вы знаете это лучше, чем кто-либо другой.
– Свою долю… – с тоской повторила она.
– То есть нет, все это очень несправедливо, но не беспокойтесь. Судьба нам еще улыбнется.
– Вы думаете?
– Я хочу в это верить.
Они замолчали. Холли взглянула на часы. Было уже пять минут первого. Пора было как-то выпроводить его из дому, чтобы открыть следующий конверт.
Он прочел се мысли:
– Как там обстоят дела с посланиями с того света?
Холли поставила па стол чашку.
– Ну, сегодня я должна открыть еще одно, в общем-то. Так что… – Она посмотрела на него.
– Да. – Он поднялся и тоже поставил свою чашку – Тогда я, пожалуй, вас оставлю.
Холли закусила губу. Очень неловко было так выгонять его, но ей хотелось поскорей ос-таться одной.
– Огромное спасибо, что подвезли, – сказала она, провожая его до двери.
– Да не за что. – Он накинул пальто и вышел.
– Увидимся! – крикнула она ему вслед, чувствуя себя последней сволочью. Она смотрела, как он под дождем идет к своей машине. Махнула ему в последний раз и захлопнула дверь. Чув-ство вины исчезло без следа.
– Ну что ж, Джерри, – вздохнула она, заходя в кухню и беря в руки конверт. – Посмотрим, что ты приготовил мне в этом месяце.

0

32

Глава тридцать первая

Сжимая в руках конверт, Холли посмотрела на кухонные часы. Четверть первого. Раньше Шэрон и Дениз уже давно позвонили бы ей, чтобы узнать, что в конверте. А сейчас телефон мол-чал. Похоже, известия о помолвке и беременности в этот раз затмили новости от Джерри. Пере-стань, одернула она себя. Нужно порадоваться за подруг, нужно праздновать сними вместе, как это сделала бы прежняя Холли… А у нее не было сил даже улыбнуться.
Она завидовала им. Завидовала тому, что они уходят вперед, оставляя ее одну. Ей было так тяжело от этого бесконечного одиночества. Она чувствовала себя одинокой даже среди друзей, да что там – даже среди тысячи человек она была одинока. И самое большое одиночество ожидало ее здесь, в пустом доме.
Когда она в последний раз чувствовала себя счастливой? Когда в последний раз хохотала до упаду? Как она тосковала по тем дням, когда можно было ложиться спать, не думая ни о чем, на-слаждаться вкусом пищи, а не просто насыщаться, чтоб поддерживать силы, когда она с удоволь-ствием смотрела телевизор, а не тупо таращилась в него, убивая время. Она не хотела больше от-крывать глаза по утрам и осознавать, что просыпаться незачем. Не хотела больше жить с ощущением, что ей нечего больше ждать. Она хотела снова быть любимой, знать, что Джерри смотрит на нас, чувствовать его взгляд каждую минуту, каждое мгновение. Она хотела чувство-вать его прикосновения, его поддержку, его любовь.
Она не хотела больше считать дни до следующего конверта. После этого конверта у неё ос-танется только один – последний. Джерри больше не будет. Останутся воспоминания. Но ведь их не потрогаешь, не обнимешь, не удержишь.
Черт с вами, Шэрон и Дениз, наслаждайтесь своим счастьем. А все, что осталось у Холли, – два последних послания от Джерри. Она медленно вскрыла предпоследний конверт.
Целься в Луну. Даже если промахнешься, все равно останешься среди звезд.
Пообещай, что теперь найдешь себе работу по душе!

Улыбка озарила ее лицо.
– Обещаю тебе… – прошептала она.
Ну что ж, это, конечно, не поездка на Лансароте, но это еще один шаг к тому, чтобы вер-нуться к жизни. Как всегда, она какое-то время просто сидела молча, любуясь буквами, написан-ными его рукой. А потом схватила блокнот, ручку и составила список профессий, пришедших ей в голову.
СПИСОК ВОЗМОЖНЫХ ПРОФЕССИЙ
Агент ФБР. – Я не американка. Не хочу жить в Америке. Нет опыта работы в полиции.
Юрист. – Всегда ненавидела школу. Ненавижу учиться. Даже через десять миллионов лет не пойду поступать в колледж.
Врач. – Бр-р-р-р.
Медсестра. – Уродливая форма.
Официантка. – Буду сама съедать всю еду.
Профессиональный наблюдатель за людьми. – Идея хороша, но кто за это заплатит?
Косметолог. – Я грызу ногти и почти не брею ноги. И не хочу без конца видеть вокруг голые тела.
Парикмахер. – Не хочу такого начальника, как Лео.
Продавец. – Не хочу такого начальника, как Дениз.
Секретарь. – БОЛЬШЕ НИКОГДА В ЖИЗНИ.
Журналист. – Па-моему, я пишу с ашипками. Ха-ха-ха, попробуй себя в качестве комедий-ной актрисы.
Комедийная актриса. – Перечитай предыдущую шутку. Совершенно не смешно.
Актриса. – Брэд Питт уже женился, так что смысла нет, да и вряд ли тебе удастся ко-гда-нибудь затмить успех «Девушек в большом городе».
Фотомодель. – Слишком мелкая, слишком толстая, слишком старая.
Певица. – Подумай еще раз насчет комедийной актрисы.
Реклама. – Крутая бизнес-леди, держащая все под контролем. – Пожалуй, надо будет поду-мать об этом завтра…
В три часа утра Холли наконец забралась в кровать, мечтая о том, как станет крутой рек-ламщицей, и воображая себя выступающей перед огромной аудиторией в шикарном офисе на верхнем этаже одного из небоскребов Графтон-стрит. Как он сказал, целься в Луну… Она про-снулась рано утром, все еще не опомнившись от ночных мечтаний, быстро приняла душ, прина-рядилась и поехала в библиотеку. Нужно было поискать в Интернете работу.
К столу библиотекаря пришлось идти через весь зал. Каблуки невыносимо громко цокали по деревянному полу. Несколько человек даже оторвались от чтения, чтобы взглянуть на источник звука. Холли вспыхнула, осознав, сколько внимания она привлекает. Она замедлила шаг и подня-лась на цыпочки, чтобы не касаться каблуками пола. Как в мультфильме, где персонажи специ-ально преувеличивают каждое движение. Она покраснела еще больше, сообразив, что выглядит как полная идиотка. Девочки в школьной форме, явно прогуливающие уроки, дружно захихикали, когда она проходила мимо их стола. Холли остановилась на полдороге, сообразив, что так больше идти нельзя, но не понимая, что же тогда делать.
– А ну тихо там! – прикрикнула библиотекарша на школьниц. Еще больше людей оторвались от книг и с интересом смотрели на странную женщину, застывшую посреди комнаты. Пришлось идти дальше. Она ускорила шаг. Каблуки громко стучали по полу, эхом отражаясь от стен, и звук становился все быстрее и быстрее. Она уже почти бежала к столу, пытаясь скорее прекратить эту пытку.
Библиотекарша подняла голову и улыбнулась, словно удивилась, что у стола кто-то есть. Можно подумать, она не слышала, как Холли грохотала тут последние пять минут.
– Здравствуйте, – прошептала Холли. – Можно мне воспользоваться Интернетом?
– Простите? – громко переспросила библиотекарша и наклонилась к Холли, чтобы лучше слышать.
– О… – Холли откашлялась, думая, с каких это пор в библиотеках стали разговаривать громко. – Можно воспользоваться Интернетом?
– Конечно, вон там. – Она улыбнулась, указав на вереницу компьютеров у дальней стены. – Пять евро за двадцать минут.
Холли достала свои последние десять евро. Это все, что ей удалось вытрясти сегодня утром из банкомата, Сзади успела выстроиться огромная очередь, пока она снижала сумму со ста евро до десяти, а банкомат, к ее стыду, каждый раз, когда она вводила цифру, громко пищал, сообщая, что у нее «недостаточно средств». Невероятно, но это все, что у нее осталось. Зато теперь у неё еще больше причин для того, чтобы немедленно приступить к поиску работы.
– Нет, нет, – сказала библиотекарша, возвращая ей деньги. – Заплатите, когда закончите.
Холли посмотрела в дальний угол, где стояли компьютеры. Конечно же они в самом конце, а значит, ей снова придется громко стучать каблуками, шагая через весь зал. Она глубоко вздохнула и отправилась в путь, один за другим минуя ряды столов. Люди за столами выглядели довольно забавно – напоминая костяшки в домино, они поднимали головы один за другим при ее приближении. Добравшись до компьютеров, она обнаружила, что нет ни одной свободной машины. Это было уже слишком – казалось, что все вот-вот начнут смеяться над ней. Она сердито взмахнула руками, словно говоря: «Чего вы таращитесь?» – и они снова погрузились в свои книги.
Стоя в центре зала между рядами столов и компьютерами, вцепившись в свою сумочку, Холли беспомощно оглядывалась по сторонам. И туту нее чуть глаза на лоб не вылезли – за одним из компьютеров сидел Ричард собственной персоной и как ни в чем не бывало что-то набирал. Она неслышно подкралась к нему и похлопала по плечу. От неожиданности он подпрыгнул в кресле.
– Привет, – прошептала она.
– Привет, Холли, ты что здесь делаешь? – неловко проговорил он, словно она застала его за каким-то постыдным занятием.
– Жду компьютер. Я наконец решила поискать работу, – гордо объяснила она. Даже одно упоминание работы позволяло ей почувствовать себя полноценным человеком.
– А, нуты можешь занять этот.
– Нет-нет, не нужно из-за меня торопиться. – Она смущенно замахала руками.
– Не страшно. Я просто искал кое-какую информацию по своей специальности. – Он под-нялся со стула и жестом пригласил ее сесть.
– А почему здесь? – удивленно спросила она. – Что, в Блэкроке ист компьютеров?
Она не имела представления, чем именно Ричард зарабатывает на жизнь, и ей казалось не-вежливым спрашивать его об этом спустя десять лет. Она только знала, что его работа включает в себя белый халат, лабораторию и цветные жидкости в пробирках. Холли и Джек обычно говорили, что он изобретает секретное зелье, которое навсегда избавит мир от счастья. Ей стало вдруг неловко за эти старые шутки.
– Моя работа заставляет меня быть повсюду, – неловко попытался пошутить он.
– Потише, пожалуйста! – прикрикнула на них библиотекарша. Зрители снова обернулись на Холли.
«Ах, вот как, теперь, значит, мы должны шептаться», – разозлившись, подумала она.
Ричард быстро попрощался с ней, расплатился и бесшумно покинул зал.
Холли уселась за компьютер. Сидящий рядом мужчина странно улыбнулся, глядя па нее. Холли улыбнулась в ответ, взглянула на его экран и быстро отвела взгляд. Похоже, это был ка-кой-то порносайт. Мужчина продолжал смотреть на нее с загадочной улыбкой на лице. Холли по-старалась не обращать на него внимания и углубилась в поиск работы.
Через сорок минут она выключила компьютер, подошла к библиотекарше и положила на стол десять евро. Женщина продолжала стучать по клавишам, не обращая внимания на деньги.
– С вас пятнадцать евро. Холли стало нехорошо.
– Вы же сказали пять евро за двадцать минут.
– Да, правильно, – улыбнулась женщина.
– Но я работала всего сорок минут.
– Вы работали сорок четыре минуты, и это засчитывается как еще двадцать минут, – сказала она, ткнув пальцем в монитор.
Холли раскрыла рот от изумления.
– Но это же всего пара минут. Они не стоят пяти евро.
Библиотекарша продолжала невозмутимо улыбаться.
– То есть я должна заплатить? – Холли была потрясена.
– Да, таковы расценки.
Холли понизила голос и наклонилась к женщине:
– Простите, мне очень неловко, но у меня с собой только десять евро. Можно, я зайду сего-дня попозже и принесу остальное?
Библиотекарша покачала головой:
– Это не допускается. Нужно заплатить полную сумму.
– Но у меня нет с собой полной суммы! – возразила Холли.
Женщина смотрела на нее ничего не выражающим взглядом.
– Ну ладно, – прошипела Холли, доставая мобильный.
– Извините, здесь нельзя пользоваться телефонами. – Она указала ей на табличку на стене.
Холли сосчитала до пяти, пытаясь не взорваться.
– Если вы не позволите мне позвонить, я не смогу попросить кого-нибудь мне помочь. Если я никому не позвоню, никто не приедет сюда, чтобы привезти денег. Если они не привезут мне денег, я не смогу заплатить вам. Понимаете меня? – Она повысила голос.
Женщина нервно поерзала.
– Можно тогда мне выйти и позвонить с улицы?
Женщина лихорадочно обдумывала дилемму.
– Ну, обычно мы не разрешаем уходить, не расплатившись, но в данном случае, я думаю, можно сделать исключение. – Она улыбнулась и быстро добавила: – Но только в случае, если вы будете стоять прямо перед входом.
– И вы будете меня видеть? – язвительно спросила Холли.
Женщина нервно перелистнула бумаги рядом с компьютером, сделав вид, что ей срочно нужно работать.
Холли вздохнула и побрела к двери, в который раз заставив всех обернуться.
Выйдя за дверь, она задумалась. Кому можно позвонить? Дениз и Шэрон она звонить не хо-тела. Они бы, конечно, приехали, но нельзя было, чтобы они знали о ее проблемах, особенно сей-час, когда у них так прекрасно идут дела. Она не могла позвонить Киаре, потому что та работала в дневную смену. У Джека были занятия, у Эбби тоже, а Деклан был в колледже.
Она продолжала листать записную книжку, и слезы катились по ее лицу. Большинство этих людей ни разу не звонили ей с тех пор, как умер Джерри. И вот сейчас ей некого попросить о по-мощи. Она повернулась спиной к библиотекарше, чтобы та не видела, что она плачет. И что же теперь делать? Какая глупая ситуация, звонить кому-то из-за пяти евро. Еще более глупая, учиты-вая, что звонить совершенно некому. Но нужно что-то придумать, или эта старая дура наверняка вызовет полицию. Она набрала первый номер, пришедший в голову.
– Привет, это Джерри. Оставьте свое сообщение после сигнала, и я свяжусь с вами, как только смогу.
– Джерри, – всхлипнула Холли, – ты так мне нужен…
Полчаса спустя Холли все еще стояла у дверей библиотеки. Библиотекарша внимательно следила за ней, опасаясь, что она сбежит. Холли с ненавистью посмотрела на нее.
– Идиотка, – проворчала она.
Наконец из-за поворота показался мамин автомобиль, и Холли постаралась сделать вид, что все в порядке. Улыбающееся лицо матери за стеклом автомобиля напомнило ей, как мать забирала ее из школы, когда она была ребенком. Это было такое счастье – вот показался знакомый автомо-биль, и, значит, еще один ужасный школьный день остался позади. Сейчас Холли снова, как в детстве, ждала мать, чтобы та увезла ее отсюда. До тех пор, пока Холли не познакомилась с Джерри, она ненавидела школу. Он изменил для нее все – они всегда садились вместе, и каждый вечер она с нетерпением ожидала следующего дня, когда сможет снова сесть рядом с ним и ко-кетничать, а он будет смешить ее, заставляя сердиться учителей. Она всегда смеялась, а он выхо-дил сухим из воды, вовремя делая серьезное лицо.
Год за годом на каждом родительском собрании учителя предупреждали ее родителей, что Джерри плохо на нее влияет. Приходя домой, они всегда хохотали, вспоминая, что им опять наго-ворили. Они ведь сами видели, как Джерри влиял на нее. Он сделал их дочь счастливой, и пусть она смеялась на уроках – пока это не отражалось на ее оценках, все было хорошо. Они знали, что, если бы не Джерри, Холли проводила бы в школе куда меньше времени.
У Холли снова потекли слезы. Подоспевшая Элизабет испуганно обняла ее.
– Холли, что случилось? – спросила она, гладя ее по голове. По мере того как Холли объяс-няла, что случилось, она все больше и больше закипала.
– Ладно, дорогая, подожди меня в машине. Сейчас я с ней разберусь.
Так Холли и сделала. Она уселась в машину и включила радио, дожидаясь, пока мама разбе-рется с ее обидчицей.
– Вот корова, – проворчала мать, садясь в машину. Она взглянула на Холли, заплаканную и безжизненно прислонившуюся к окну. – Давай поедем к нам? Посидишь, отдохнешь…
Холли благодарно улыбнулась, и слезинка капнула ей на ладонь. Звук показался ей пре-красным.
Свернувшись рядом с матерью на диване, Холли снова чувствовала себя подростком. Они раньше часто сидели с мамой вот так, делясь друг с другом последними новостями. Вот бы снова поболтать с ней, смеясь, как это было тогда… Мать оторвала ее от этих мыслей.
– Я звонила тебе вчера. Тебя не было дома? – спросила она, отпивая чай.
Ах, этот чай, он всегда творит чудеса. В нем есть ответ на все твои вопросы. Ты хочешь по-делиться тайной – и наливаешь чашку чая, тебя уволили – ты наливаешь чашку чая, твой муж го-ворит, что у пего опухоль мозга, – и ты снова наливаешь чашку чая…
– Да, я ужинала с девочками и еще с доброй сотней других незнакомых мне людей. – Холли потерла глаза.
– И как девочки? – ласково спросила Элизабет. Она всегда хорошо находила общий язык с друзьями Холли, ведь они все были милыми людьми, не то что приятели Киары, на которых и смотреть-то было страшно.
Холли глотнула чаю.
– Шэрон беременна, а Дениз выходит замуж, – сказала она, глядя в потолок.
– О, – проговорила Элизабет, не зная, как реагировать, учитывая тон дочери. – И что ты об этом думаешь? – спросила она, ласково убирая волосы с лица Холли.
Холли опустила глаза и попыталась взять себя в руки. Не получилось, плечи задрожали, и она зарыдала, пытаясь спрятать лицо в волосах.
– Холли… – Элизабет поставила чашку на стол и села рядом с дочерью. – Ничего страшного, дорогая. Поплачь…
Холли не могла вымолвить ни слова. И тут дверь распахнулась и раздался вопль Киары:
– МЫ ДО-О-ОО-МА-А-А!
– Отлично, – прошептала Холли, спрятав голову на груди у матери.
– ГДЕ ВСЕ? – кричала Киара, хлопая дверями по всему дому.
– Минутку, дорогая, – сердито откликнулась Элизабет, досадуя, что им с Холли помешали. Давно Холли не была с ней откровенна, с момента похорон она все держала в себе и, видимо, уже не могла сама с этим справиться. Только бы приход Киары не загнал ее обратно в раковину.
– У МЕНЯ НОВОСТИ! – Голос Киары звучал все громче по мере того, как она подходила к гостиной. Мэтыо распахнул дверь, держа Киару на руках. – Мы с Мэтыо возвращаемся в Австра-лию! – радостно выкрикнула она. И застыла, увидев, что сестра плачет у матери на груди. Она высвободилась из его объятий, выпроводила его из комнаты и тихо закрыла дверь.
– Вот и Киара уезжает, мама! – Холли зарыдала еще сильнее, и Элизабет тоже тихо заплака-ла, обнимая ее.
Холли допоздна проговорила с матерью обо всем, что накипело у нее на сердце за эти меся-цы. И хотя мать очень старалась ее утешить, Холли не стало легче. Она переночевала в гостевой спальне, и утро встретило ее своим будничным безумием. Брат и сестра наперегонки носились по дому, вопя о том, что они опаздывают в колледж и на работу, отец кричал им вслед, чтобы они шевелились, а мать умоляла всех вести себя потише, чтобы не беспокоить Холли. Холли улыбну-лась, слушая все это. Жизнь продолжалась, и ничто не могло отгородить се от этой жизни.
Ближе к обеду отец подбросил ее домой и вложил в ладонь чек на пять тысяч евро.
– Папа, я не могу это взять, – проговорила Холли.
– Возьми, – ласково сказал он, отводя се руку. – Позволь нам помочь тебе, дорогая.
– Я отдам вам все до цента. – Она крепко обняла его.
Холли помахала ему вслед и взглянула на чек в своей руке. Гора рухнула у нее с плеч. На эти деньги можно сделать столько всего! Она зашла в кухню и заметила красную лампочку, мигающую на автоответчике. Она нажала на кнопку воспроизведения.
На автоответчике было шесть сообщений.
Первое было от Шэрон, которая спрашивала, все лив порядке, потому что целый день от нес не было известий. Второе – от Дениз, она тоже спрашивала, все ли в порядке, потому что от нее не было известий весь день. Видимо, они сговорились.
Третий звонок был от человека, пытавшегося продать какие-то картины.
Четвертый был от Шэрон, пятый – от Дениз, а на шестом просто повесили трубку. Она стер-ла все сообщения и побежала наверх переодеться. Еще рано было звонить Шэрон и Дениз. Снача-ла нужно было привести в порядок свою жизнь, чтобы разговаривать с ними на равных.
Она уселась за компьютер и начала составлять резюме. Уж в этом деле она была настоящая профи, хоть ей и давненько не приходилось ходить на собеседование. А даже если ее позовут па собеседование, кто захочет взять на работу человека, целый год просидевшего дома?
Ей потребовалось два часа, чтобы наконец напечатать что-то более или менее пристойное. То есть на самом деле она была очень горда творением рук своих: судя по резюме, она была по-настоящему умным и опытным человеком. Холли злорадно хмыкнула, подумав о своих буду-щих работодателях, – уж она постарается внушить им, что перед ними отличный сотрудник. Пе-речитав резюме, она решила, что и сама взяла бы себя на работу.
Холли переоделась и завела машину, которую наконец снова смогла заправить. Припарко-вавшись у кадрового агентства, она взглянула в зеркало заднего вида и бодро тряхнула головой. Больше медлить нельзя. Если Джерри велел ей найти работу, значит, она ее найдет.

0

33

Глава тридцать вторая

Сидя в плетеном кресле посреди сада, Холли потягивала красное вино и размышляла о та-инственном садовнике. Судя по тому, как изменился сад, он должен быть настоящим знатоком своего дела. В воздухе витал восхитительный аромат. Было только восемь вечера, но уже начина-ло темнеть. Долгие летние вечера остались в прошлом, нужно снова готовиться к зимней спячке.
Сегодня пришли первые известия из кадрового агентства. Поразительно, как быстро они от-кликнулись. Ее резюме получило массу положительных откликов, и уже на следующей неделе назначены два собеседования. При мысли об этом Холли бросало в жар. Ей никогда не удавалось нормально пройти собеседование, хотя, надо отметить, никогда раньше у нее не было такой ре-шимости получить работу. Сейчас ей совершенно необходимо было занять себя, и она очень хо-тела попробовать что-то новое. На первое собеседование ее пригласили в редакцию популярного дублинского журнала, где требовался менеджер по рекламе. У нее, конечно, не было опыта, но она готова была учиться – ведь эта работа обещала быть намного интереснее всего, чем она занималась раньше, когда ей приходилось с утра до вечера отвечать па звонки, и ничего больше. Так что это уже был большой шаг вперед…
Второе собеседование назначили в одной из крупнейших ирландских рекламных компаний. Попасть туда у нее не было ни единого шанса. Но ведь Джерри сказал: целься в Лупу…
Холли решила пока не думать об этом. Недавно звонила Дениз, вне себя от счастья, целый час болтала о свадьбе – какое выбрать платье, какие купить цветы, где устроить торжество… Она, казалось, даже не заметила, что они неделю не разговаривали, с того самого ужина. Она была со-вершенно не в себе – перескакивала с одного на другое, ни одной фразы не могла довести до кон-ца, а уж на то, что отвечала Холли, вообще не обращала никакого внимания. Холли оставалось только вовремя поддакивать, делая вид, что все это ужасно интересно. Единственное, что она вы-несла из разговора, – известие о том, что на январь уже запланирована свадьба. Холли удивилась такой спешке, ведь Дениз и Том и встречались-то не больше пяти месяцев. Хотя они правы, ко-нечно. Зачем тянуть, если они уверены в том, что любят друг друга? Нет смысла зря терять время.
А Шэрон уже несколько дней не звонила. Нужно было самой позвонить, ведь Шэрон навер-няка нужна поддержка, у нее сейчас трудный период. Холи понимала это, но никак не могла со-браться. Видимо, она все же слишком завистлива и эгоистична, чтобы быть хорошей подругой. Хотя сейчас ей нужно быть эгоисткой просто для того, чтобы выжить. У Шэрон и Джона будет ребенок… Друзья всегда считали, что первый ребенок появится у них с Джерри. А Шэрон всегда рассказывала, как ненавидит детей… Нет, Холли еще не готова звонить Шэрон.
Стало прохладно. Холли зашла в дом и налила себе еще вина. В ближайшие дни ей остава-лось только ждать собеседований и молиться, чтобы все прошло успешно. Она вошла в гостиную, включила их с Джерри любимую пластинку и забралась с ногами на диван. Закрыв глаза, она вспоминала, как они с Джерри танцевали в этой самой гостиной под эту самую музыку.
Па следующий день ее разбудил звук подъезжающего автомобиля. Она выскочила из посте-ли, натянула футболку Джерри и бросилась вниз по лестнице. Видимо, это механик пригнал из ремонта ее машину. Однако, выглянув в окно, она увидела Ричарда. Она быстро отпрянула, наде-ясь, что он ее не заметил. У нее не было никакого настроения разговаривать с братом. В дверь по-звонили. Нельзя, конечно, так себя вести, но она не могла заставить себя впустить его. У неё и но-востей-то особых нет, в жизни за последнее время ровным счетом ничего не изменилось, а целый час поддерживать разговор ни о чем было выше ее сил.
Послышались удаляющиеся шаги, хлопнула Дверца машины, и Холли вздохнула с облегче-нием.
Она забралась в душ, включила теплую воду и снова погрузилась в мечты. Через двадцать минут, проснувшаяся и посвежевшая, она спускалась вниз по лестнице, и тут до нее донесся странный звук. Она прислушалась, пытаясь понять, что происходит. Больше всего это было похо-же на стук лопаты, раскапывающей землю. Холли ахнула. Похоже, садовник наконец вернулся в се сад! Она стояла не шевелясь, лихорадочно соображая, что же делать дальше. Несколько месяцев она ждала этого момента, но сейчас стало страшно, что она опять ошибется и напугает ко-го-нибудь, как тогда – несчастного маленького мальчика.
Бесшумно прокравшись в гостиную, она выглянула в окно и изумленно отметила, что ма-шина Ричарда по-прежнему стоит на том же месте. Но самым удивительным было не это: она увидела и самого Ричарда – он стоял на четвереньках в ее саду, с маленькой лопаткой в руках, вы-саживая цветы. Она прислонилась к стене, раздумывая, как поступить, и тут к дому подъехала еще одна машина. Вот это уже точно должен быть механик. Открывать ему дверь или нет? Странно, конечно, что Ричард ухаживает за ее садом втайне от нее, но раз он так хочет, она не станет его разоблачать… пока не станет.
Приняв такое решение, Холли не придумала ничего лучше, чем спрятаться за диван. Меха-ник подошел к двери, и Холли вдруг сообразила, насколько глупо она сейчас выглядит. Раздался звонок. Холли захихикала и втиснулась подальше за диван, предположив, что механик сейчас бу-дет заглядывать в окно. У нее колотилось сердце, словно она делала что-то противозаконное, и очень хотелось рассмеяться. Совсем как в детстве. Она никогда не умела прятаться; каждый раз, когда кто-то приближался к ее убежищу, на нее нападал истерический смех, так что ее немедленно находили, и ей приходилось водить самой. Hу, ничего, сегодня она искупила все свои детские неудачи – ведь ей удалось обдурить двух взрослых мужчин одновременно. Давясь смехом, она прислонилась к стене. Механик бросил ключи от машины в почтовый ящик и ушел.
Через несколько минут она высунула голову из-за дивана, проверяя обстановку. Все было спокойно. Она вылезла наружу отряхивая пыль с одежды. Пожалуй, она уже несколько старовата для подобных игр. За окном Ричард собирал свои инструменты. Холли пришла в голову забавная мысль. Она быстро натянула спортивный костюм и бесшумно забрала из ящика ключи от машины.
Почему бы не продолжить эту игру? Все равно больше заняться печем. Как только Ричард выехал на дорогу, она выскочила из дома и запрыгнула в машину. Интересно будет последить, куда теперь отправится этот гном.
Холли старалась держаться натри машины позади него, как это делают в кино, и периодиче-ски пригибала голову к рулю. Он остановился у газетного киоска. Холли тоже притормозила, на-дела темные очки, кепку и погрузилась в чтение «Араб лидер». Взглянув на себя в зеркало, она вновь захихикала. Более подозрительный образ сложно было придумать. Ричард перешел дорогу и зашел в «Сладкую ложку», вызвав у Холли разочарованный вздох. Она ожидала более захваты-вающего поворота.
Несколько минут она раздумывала над новым планом, и тут стук в окошко заставил ее под-прыгнуть. Стучал дорожный инспектор.
– Здесь нельзя ставить машину, – строго сказал он и указал на стоянку невдалеке. Холли улыбнулась ему, мысленно выругавшись. У Кэши и Лэйси  наверняка никогда не было таких проблем.
Ребяческий задор пропал. Холли сняла темные очки и кепку и бросила их на заднее сиденье. Хватит дурачиться.
Она перешла дорогу, вошла в кафе и поискала брата глазами. Он сидел спиной к ней над чашкой чая и читал газету. Она е улыбкой похлопала его по плечу:
– Господи, Ричард! Ты что, на работу вообще исходишь?
Он подскочил от неожиданности. Она хотела сказать что-то еще, но осеклась. Его плечи дрожали, и на щеках блестели слезы.

0

34

Глава тридцать третья

Холли придвинула стул и села рядом с ним. Что могло случиться? Она что-то не то сказала? Холли с беспокойством смотрела ему в лицо, не зная, что сказать. Никогда она не видела брата в таком состоянии.
– Ричард, что случилось? – неловко спросила она, тронув его за руку. Жест получился со-вершенно неестественный, словно она боялась дотрагиваться до него.
Ричард молчал.
Пухлая официантка, на этот раз в канареечно-желтом переднике, неслышно подошла к сто-лику и поставила перед ними коробку салфеток.
– Возьми. – Холли протянула Ричарду салфетку. Он вытер глаза и высморкался, громко, по-мужски. Звук получился настолько неожиданный, что Холли еле сдержала улыбку.
– Прости, – пробормотал Ричард, пряча глаза.
– Ну что ты! – Она снова взяла его за руку, и на этот раз получилось более естественно. – Ничего страшного. Я сама в последнее время то и дело плачу.
Он попытался улыбнуться.
– Вес разваливается па куски, Холли, – с тоской сказал он, вытирая салфеткой покатившуюся слезу.
– О чем ты? – Она была потрясена до глубины души. Ее брат казался совершенно другим человеком. А может быть, она просто никогда не видела, какой он на самом деле. За последние несколько месяцев она открыла в нем столько нового, что не знала, чего ожидать дальше.
Ричард вздохнул и глотнул чаю. Холли жестом попросила принести и ей чашку.
– Знаешь, Ричард, я недавно обнаружила, что если с кем-то поделиться своими проблемами, становится легче, – осторожно заговорила Холли. – Для меня это было настоящим откровением. Я несколько месяцев держала все в себе, думая, что смогу вынести что угодно. – Она мягко улыбну-лась ему: – Расскажи мне, что случилось.
Он опустил глаза.
– Если хочешь, я даже не буду ничего советовать, просто выслушаю тебя. Это останется ме-жду нами.
Он взглянул на Холли, а затем перевел взгляд на солонку в центре стола и, обращаясь к ней, произнес:
– Меня уволили.
Холли молчала, ожидая, что он скажет что-то еще. Через некоторое время Ричард поднял на нее взгляд.
– Это не так уж и страшно, Ричард. – Она улыбнулась. – Я знаю, что ты любил свою работу, но ты можешь найти другую. Меня, например, постоянно увольняли, если это может тебя уте-шить…
– Меня уволили еще в апреле, Холли, – нетерпеливо перебил он. – А сейчас уже сентябрь. И я не могу ничего найти… ничего по своей специальности… – Он отвернулся.
– О… – Холли не знала, что на это сказать. Помолчав, она заговорила снова: – Но ведь Ме-редит работает, так что у тебя все равно есть какие-то деньги. Просто не торопись, поищи работу по душе… Я знаю, сейчас тебе сложно, но…
– Мередит ушла от меня, – еле слышно сказал он.
Холли всплеснула руками. Бедняга Ричард. Ей самой никогда не нравилась эта ведьма, но Ричард ее просто боготворил.
– А дети? – осторожно спросила она.
– Они остались с ней. – Его голос задрожал.
– О, Ричард, мне так жаль. – Она сжала ладони. Обнять его сейчас? Или, наоборот, не тро-гать?
– Мне тоже жаль, – проговорил он с тоской в голосе и опять уставился на солонку.
– Ты не виноват, Ричард, не вини себя. – Она не знала, что еще сказать.
– Я не виноват? – дрожащим голосом переспросил он. – Она сказала мне, что я жалкий че-ловек, не способный даже позаботиться о своей семье…
– Не слушай ты эту стерву! Ты прекрасный отец и верный муж, – твердо сказала она, дейст-вительно веря в то, что говорит. – Тимми и Эмили очень любят тебя, потому что ты фантастиче-ский отец, так что забудь о том, что наговорила эта сумасшедшая. – Она обняла его, чувствуя, как он дрожит. Она ужасно разозлилась на Мередит, ей хотелось просто надавать ей оплеух. То есть ей и раньше этого хотелось, но теперь на то были веские причины.
Ричард немного успокоился, высвободился из ее объятий и прижал к лицу салфетку. У Хол-ли сжалось сердце. Он всегда хотел быть безупречным, создать идеальную семью, свой собствен-ный идеальный мир, и ничего у него не вышло. Это, должно быть, ужасно тяжело.
– А где ты живешь? – Она вдруг сообразила, что он уже несколько месяцев не живет дома.
– В мотеле недалеко от твоего дома. Хозяева – очень милые люди. – Он отпил еще чаю. Да, от тебя уходит жена, и ты наливаешь себе чашку чая…
– Ричард, ты не должен оставаться там, – возразила Холли. – Почему ты никому ничего не сказал?
– Потому что думал, что мы помиримся, но… но она уже сделала свой выбор.
Холли очень хотелось пригласить его пожить у нее, но она не могла. У нее слишком много своих проблем. Ричард должен это понять.
– А родители? – спросила она. – Они будут рады помочь тебе.
Ричард покачал головой:
– Нет. Там Киара и еще Деклан, я не хочу сидеть у них на голове. Я же взрослый человек.
– Ричард, не глупи, – возразила она. – Там есть свободная комната, в которой ты жил рань-ше. Я уверена, что ты вполне можешь снова поселиться в ней. – Она пыталась убедить его. – Я сама ночевала там пару дней назад!
Он поднял на нее глаза.
– И нет ничего страшного в том, чтобы иногда возвращаться в дом, где ты вырос. Там же душа отдыхает. – Она ободряюще улыбнулась ему.
Он начал сомневаться:
– Да?… Ну не знаю. По-моему, идея не очень хорошая, Холли.
– Если тебя беспокоит Киара, то она через пару недель улетает обратно в Австралию вместе со своим другом, так что в доме станет… потише.
Похоже, это известие его немного обрадовало. Холли улыбнулась:
– Ну что? Давай, идея отличная, и тебе не придется выбрасывать деньги, оплачивая эту дыру, какими бы чудесными ни были ее хозяева.
Ричард было воодушевился, но затем снова скис:
– Я не могу просить об этом родителей, Холли. Я… я не знаю, что им сказать.
– Я пойду о тобой, – уверенно заявила она. – И поговорю с ними. Честно, Ричард, я уверена, что они с удовольствием примут тебя. Ты же их сын, они тебя любят. Мы все тебя любим, – доба-вила она, сжав его руку.
– Хорошо, – наконец сдался он.
– Кстати, Ричард, спасибо тебе за сад. – Она улыбнулась и поцеловала его в щеку.
– Откуда ты знаешь? – изумился он. Она улыбнулась:
– У тебя настоящий талант. Я заплачу тебе за твой труд все до последнего пенни. Как только на работу устроюсь.
Они сели в машины и отправились в Портмарнок, в дом, в котором когда-то выросли.
Несколько дней спустя Холли критически рассматривала себя в зеркале в туалете. Она при-шла на свое первое собеседование. Ей пришлось купить для этого новый костюм – она слишком похудела, чтобы надеть что-то из старого. Сейчас она выглядела просто великолепно – косном был черный в тонкую розовую полоску, под пиджак она надела розовую блузку в тон. Она уже сама ощущала себя крутой бизнес-леди. Осталось только убедить в этом всех остальных. Она подкрасила губы, поправила волосы, вздохнула и вернулась в приемную.
Опустившись в кресло, она принялась рассматривать других претендентов. Все они были намного моложе ее, и у каждого на коленях лежала толстая папка. Она испуганно оглядела зал… да, у всех без исключения были такие папки. Она подошла к секретарю.
– Простите, – смущенно обратилась к ней Холли.
Девушка подняла голову и улыбнулась:
– Да?
– Вы знаете, я вышла на минутку и, кажется, пропустила момент, когда раздавали папки. – Холли вежливо улыбнулась.
Девушка не поняла, о чем речь:
– Простите, какие пайки?
Холли обернулась и указала на папки, лежащие на коленях у всех присутствующих.
Секретарь улыбнулась и жестом поманила ее к себе.
Холли заправила волосы за ухо и подвинулась ближе:
– Да?
– Они просто принесли с собой портфолио, – еле слышно прошептала секретарь, стараясь, чтобы никто не услышал.
Холли замерла:
– Ага… А мне тоже нужно было принести?
– А у вас оно есть? – спросила девушка, глядя на нее с дружелюбной улыбкой.
Холли растерянно покачала головой.
– Ну, тогда не волнуйтесь. Это не обязательно, люди приносят это с собой, чтобы пустить пыль в глаза, – прошептала она, и Холли облегченно улыбнулась.
Она вернулась на место, все еще нервничая. Ей никто ничего не сказал про какие-то дурац-кие портфолио. Почему она никогда ни о чем не знает? Она нервно поерзала в кресле, оглядываясь по сторонам. Офис был очень уютным, из огромных окон лилось много света, высокие потолки создавали ощущение пространства. Здесь можно было просидеть целый день. Холли так расслабилась, изучая обстановку, что у нее даже не екнуло сердце, когда прозвучало ее имя. Она не спеша встала и направилась к двери. Секретарша подмигнула ей. Холли улыбнулась. Почему-то она уже чувствовала себя здесь как дома. Она остановилась перед дверью и глубоко вздохнула.
Целься в Луну, прошептала она себе, целься в Луну.

0

35

Глава тридцать четвертая

Холли легонько постучала в дверь, и хриплый голос пригласил ее войти. Ее сердце слегка дрогнуло от звука этого голоса, ей показалось, что она снова стала школьницей и стучится в каби-нет директора. Она украдкой вытерла вспотевшие ладони и вошла. – Здравствуйте. – Ее голос прозвучал неожиданно уверенно. Мужчина в конце комнаты поднялся из кресла, чтобы поздоро-ваться с ней. Она непринужденно пересекла комнату и подала ему руку. Он улыбнулся и крепко пожал руку Холли. Сложно было поверить, что грубый голос принадлежал ему. Чем-то он был очень похож на отца, и это слегка успокоило Холли. Ему было далеко за пятьдесят, но он все еще оставался в хорошей форме. В аккуратно постриженных волосах проблескивала седина. В моло-дости, наверное, он был очень привлекательным мужчиной.
– Холли Кеннеди? – спросил он, усаживаясь обратно в кресло и раскрывая ее резюме. Она села напротив и попыталась сосредоточиться. За эти дни она прочитала массу книг о том, как ус-пешно пройти собеседование, и теперь лихорадочно пыталась вспомнить, как следует входить, как пожимать руку, какую позу принять в кресле. Она пыталась произвести впечатление опытного, образованного и уверенного в себе человека. Хотя, чтобы он поверил в это, понадобится больше, чем крепкое рукопожатие.
– Да, это я, – ответила она, ставя сумочку на пол и складывая на коленях влажные ладони.
Он сдвинул очки на кончик носа и молча прочитал ее резюме. Холли внимательно всматри-валась в его лицо. Похоже, он был из тех людей, кто хмурится при чтении, независимо оттого, что именно приходится читать. А может быть, ему и правда не понравилось то, что он там увидел. Холли отвела взгляд, ожидая, когда он заговорит, и заметила у него на столе фотографию трех симпатичных девушек примерно ее возраста на фоне какого-то сада или парка. Она улыбнулась и задумчиво уставилась на фотографию, не заметив, что он уже отложил резюме.
– Для начала я расскажу немного о том, кто я такой и что представляет из себя эта долж-ность, – начал он.
Холли лихорадочно попыталась вернуть себе деловой вид.
– Меня зовут Крис Фини, я учредитель и редактор журнала, или, как меня все тут называют, босс. – Он усмехнулся, и Холли заметила, какие у него красивые глаза. – Нам нужен человек, ко-торый мог бы заняться вопросами рекламы в нашем журнале. Вы, должно быть, знаете, что жур-нал, как и любое средство массовой информации, сильно зависит от рекламы. Для издания нужны деньги, так что эта должность довольно ответственная. К сожалению, предыдущий сотрудник уволился так быстро, что оставил здесь некоторую неразбериху, поэтому я хотел бы найти кого-то, кто сможет приступить к работе немедленно. Что вы об этом думаете?
Холли кивнула:
– Никаких проблем. Я тоже хотела бы приступить к работе как можно скорее.
Крис кивнул и снова опустил глаза на ее резюме.
– Я вижу, вы не работали больше года. Я не ошибся? – Он взглянул на нее поверх очков.
– Да, правильно, – кивнула Холли. – Но это произошло помимо моего желания. К сожале-нию, мой муж был болен, и мне пришлось уйти с работы, чтобы ухаживать за ним.
Она напряглась. Она так и знала, что на любом собеседовании это будет камнем преткнове-ния. Никто не захочет брать человека, просидевшего без дела целый год.
– Понятно, – ответил он, взглянув на нее. – Надеюсь, сейчас он выздоровел. – Он тепло улыбнулся.
Холли не знала, нужно ли отвечать на этот вопрос. Ей не очень хотелось углубляться в под-робности своей личной жизни, однако он продолжал молча смотреть на нее, и она поняла, что он ждет ответа.
Она откашлялась.
– Мой муж, мистер Финн, к сожалению, умер еще и феврале. У него была опухоль мозга… Именно поэтому мне пришлось бросить работу.
– О господи. – Он снял очки. – Должно быть, вам очень тяжело, вы так молоды… – Он опустил глаза, а затем снова взглянул на нее. – Моя жена ушла из жизни в прошлом году из-за ра-ка груди. Так что я понимаю, что вы чувствуете, – проговорил он.
– Боже, какое несчастье. – Холли была потрясена.
– Говорят, время лечит, – улыбнулся он.
– Ну да, говорят, – мрачно ответила Холли. – И еще советуют пить побольше чая.
Он громко расхохотался.
– О да! Сколько раз мне это говорили, а еще дочери утверждают, что очень помогает свежий воздух.
Холли засмеялась в ответ:
– Ну да, я тоже слышала о его волшебном воздействии. А это ваши дочери? – Она с улыбкой кивнула на фотографию.
– Да, это они, – ответил он, улыбаясь. – Три моих маленьких врача, поддерживающих во мне жизнь. – Он засмеялся. – Только вот сад, к сожалению, уже выглядит совсем по-другому.
– Это ваш сад? – изумилась Холли. – Какой красивый! А я думала, что это ботанический сад или что-то в этом роде.
– Им всегда занималась Морин. А сейчас у меня не хватает времени, чтобы навести там по-рядок.
– У меня та же самая проблема. Мой сад становится похож на джунгли.
Они с улыбкой смотрели друг на друга. Холли была так рада поговорить с человеком, пере-жившим подобную трагедию, что ее уже перестало беспокоить, получит ли она эту работу.
– Вернемся к собеседованию, – усмехнулся Крис. – У вас вообще есть опыт работы в сред-ствах массовой информации?
Холли не понравилось, как он произнес слово «вообще». Это означало, что он не нашел в ее резюме упоминания о такого рода работе.
– Вообще да. – Она вернула себе деловой тон, изо всех сил стараясь произвести хорошее впечатление. – Я работала в агентстве по недвижимости и сотрудничала со средствами массовой информации, мы размещали рекламу новых объектов, предназначенных для продажи. Я уже за-нималась этой работой, правда, с другой стороны, но я знаю, как вести дела с компаниями, же-лающими купить рекламную площадь.
Крис кивнул.
– Но непосредственно в журнале или в газете вы никогда не работали?
Холли медленно кивнула, лихорадочно соображая, что же ответить.
– Я отвечала за еженедельные публикации пресс-релиза в одной из компаний, где я работа-ла… – Она продолжала говорить, сбиваясь и хватаясь за соломинку, сама понимая, насколько жалко все это звучит.
Крис был слишком вежлив, чтобы перебить ее, и она перечислила все фирмы, где работала, сделав акцент на том, что хоть как-то было связано с рекламой или средствами массовой инфор-мации. Наконец она умолкла, устав от этого монолога, и нервно сцепила руки на коленях. Да, у нее не хватало квалификации, но она была уверена, что справится. Крис снял очки.
– Ну что ж, Холли, я вижу, что у вас действительно большой опыт. Но я обратил внимание на то, что вы ни на одной работе не задерживались больше чем на девять месяцев, не считая по-следней…
– Я искала то, что придется мне по душе, – ответила Холли, чувствуя, как испаряются по-следние крохи ее самоуверенности.
– А как я могу быть уверен в том, что вы не оставите и меня через несколько месяцев? – Он улыбнулся, но она знала, что он спрашивает серьезно.
– Потому что эта работа – именно то, что мне нужно, – так же серьезно ответила она. Она глубоко вздохнула, чувствуя, что должность уже выскальзывает у нее из рук. Но так просто сда-ваться она не собиралась.
– Мистер Фини, – заговорила она, сдвинувшись на самый краешек стула, – я ответственный человек. Если мне нравится дело, которым я занимаюсь, я выкладываюсь на все сто процентов. Я очень быстро обучаюсь, и если я не буду знать, как сделать порученное, то приложу все усилия, чтобы научиться. Если вы поверите в меня, обещаю, что не подведу ни вас, ни компанию.
Холли замолчала, с ужасом осознав, что еще немного – и она начнет умолять его. Ее лицо вспыхнуло, когда она поняла, что она только что сказала.
– Ну что ж, на этой оптимистической ноте мы с вами и закончим, – сказал Крис, улыбаясь. Он поднялся со стула и протянул ей руку. – Большое спасибо, что пришли. Мы с вами свяжемся.
Холли пожала ему руку, поблагодарила, а затем подняла сумку и направилась к дверям, чув-ствуя, как он смотрит ей в спину.
– Мистер Фини, – вдруг обернулась она прямо на пороге, – я попрошу секретаря, чтобы она сделала вам чашечку горячего чая. Как вы знаете, это необычайно полезный напиток.
Она улыбнулась и закрыла дверь под звуки его хохота. Секретарь изумленно подняла глаза, и остальные претенденты, вцепившись в свои порт-фолио, таращились на нее, гадая, чем она так рассмешила босса. Холли вышла за двери, а мистер Фини все продолжал смеяться.
Выйдя на улицу, Холли почувствовала, что не мешало бы перекусить. Паб «У Хогана» был прямо за углом, и она решила зайти туда. Заодно можно поздороваться с Киарой.
Войдя внутрь, она поискала глазами свободный столик. В зале было полно народу – судя по одежде, офисные работники, наскоро выбежавшие в обеденный перерыв. Хотя кое-кого из них можно было заметить и над кружкой пива. Холли нашла маленький свободный столик в уголке.
– Извините! – громко крикнула она, щелкнув пальцами. – Кто-нибудь подойдет ко мне?
Люди за столиками обернулись на нее, явно осуждая такой подход к персоналу, но Холли не унималась.
– Эй! – снова крикнула она, продолжая щелкать в воздухе пальцами.
Из– за угла показалась Киара с перекошенным от раздражения лицом, которое озарила улыбка, когда она увидела за столиком сестру.
– Господи, я была готова оторвать тебе голову, – засмеялась она.
– Надеюсь, ты не разговариваешь так со всеми клиентами, – заметила Холли.
– Нет, не со всеми, – серьезно ответила Киара. – Ты сегодня здесь обедаешь?
Холли кивнула.
– А почему ты здесь? Я думала, ты будешь работать в клубе наверху.
Киара закатила глаза.
– Этот человек заставляет меня работать от рассвета до заката, он обращается со мной как с рабыней, – простонала Киара.
– Кажется, кто-то назвал мое имя, – усмехнулся Дэниел, появляясь за ее спиной.
Киара застыла, сообразив, что он все слышал.
– Нет-нет… я говорила о Мэтью, – запинаясь, принялась объяснять она. – Он мне всю ночь спать не дает, я себя чувствую настоящей секс-рабыней… – Она смущенно улыбнулась и побежа-ла к стойке за блокнотом.
– Вы не против, если я присоединюсь? – спросил Дэниел. Вид смущенной Киары явно поза-бавил его.
– Конечно нет, – улыбнулась Холли и подвинула ему стул. – Ну, что вы посоветуете из еды? – Она взяла меню.
Вернулась Киара с блокнотом и ручкой в руках и прошептала:
– Ничего. Холли хихикнула.
– Мне больше всего нравятся наши фирменные сэндвичи, – посоветовал Дэниел, и Киара яростно замотала головой.
– Чего это ты головой трясешь? – поинтересовался Дэниел, оборачиваясь.
– А… дело в том, что… у Холли аллергия на лук, – снова вывернулась Киара. Это была ин-тересная новость.
Холли кивнула:
– Да… у меня от него голова… м-м-м… опухает. – Она раздула щеки. – Лук – такая гадость. Смертельно опасная вещь. Когда-нибудь он меня убьет.
Киара состроила гримасу.
– Ну что ж, можно сделать без лука, – предложил Дэниел. Холли согласилась.
Киара отошла, закрывая рот руками, словно ее вот-вот стошнит.
– Вы отлично выглядите сегодня, – заметил Дэниел, оглядев ее.
– Да, я старалась. Я только что была на собеседовании, – ответила Холли, с ужасом вспом-нив об этом.
– И как прошло? Холли покачала головой:
– Ну, будем считать, что мне нужно купить костюм получше. Вряд ли они в ближайшее вре-мя позвонят мне.
– Не беспокойтесь, – улыбнулся Дэниел. – Наверняка будет еще много других возможностей. Например, работа в клубе наверху, которую я когда-то предлагал вам.
– Я думала, там работает Киара, – удивилась Холли.
Дэниел слегка помрачнел:
– У нас тут было одно маленькое происшествие.
– Неужели? – засмеялась Холли. – Что она натворила на этот раз?
– Один парень у стойки сказал что-то, что пришлось ей не по душе, и она не нашла ничего лучше, чем опрокинуть ему на голову кружку пива.
– О нет! – ахнула Холли. – Странно, что вы не уволили ее после этого!
– Разве я могу так поступить с членом семьи Кеннеди? И кроме того, как бы я иначе мог с вами видеться? – усмехнулся он.
Холли растерянно улыбнулась, не вполне понимая, что он хотел этим сказать, и вздохнула с облегчением, когда подошла Киара с бутербродами.
– Приятного аппетита, – язвительно сказала она, швырнув тарелку на стол.
– Эй! – Дэниел схватил тарелку.
– Что случилось? – испугалась Холли.
– Здесь же лук! – возмущенно сказал он. – Киара, похоже, опять перепутала заказы.
– Нет-нет, все в порядке. – Холли подскочила, пытаясь как-то оправдать сестру, и выхватила тарелку у него из рук. – У меня аллергия только на красный лук.
Дэниел нахмурился:
– Очень странно. Я не знал, что между ними есть какая-то разница.
– Очень большая, – кивнула Холли, пытаясь придать своему голосу убедительность. – Они из одного семейства, но красный лук… в нем содержатся смертельные токсины. – Она замолчала.
– Токсины? – недоверчиво переспросил Дэниел.
– Ну, то есть для меня они токсичны, – пробормотала она и поспешно вцепилась зубами в бутерброд, чтобы замять разговор. Есть под пристальным взглядом Дэниела было трудно, так что больше половины ей пришлось оставить на тарелке.
– Вам не понравилось? – забеспокоился он.
– Нет, очень вкусно, но я недавно завтракала, – соврала она, похлопав себя по животу.
– А как обстоят дела с поимкой гнома?
– Вы знаете, я его поймала! – засмеялась Холли, вытирая салфеткой жирные пальцы.
– Правда? И кто это был?
– Вы не поверите, но это был мой брат Ричард!
– Не может быть! А почему же он не сказал вам?
Хотел сделать сюрприз?
– Видимо, что-то в этом роде.
– Он хороший парень, этот Ричард, – задумавшись, сказал Дэниел.
– Вы думаете? – удивилась Холли.
– Ну да, он не способен ни на что плохое. У него доброе сердце.
Холли покачала головой, обдумывая его слова.
– А вы разговаривали в последнее время с кем-нибудь из ваших подруг?
– Только с Дениз. – Холли отвела глаза. – А вы?
– Том мне уже просверлил дырку в голове со своей свадьбой. Он хочет, чтобы я был свиде-телем. Если честно, я не думал, что они будут так спешить.
– Я тоже удивилась, – заметила Холли. – И что вы об этом думаете?
– Ну, – вздохнул Дэниел, – я, конечно, рад за него, но в глубине души очень завидно. – Он усмехнулся.
– О да, понимаю, – кивнула Холли. – А со своей бывшей вы не общались?
– С кем, с Лорой? – изумился он. – Я надеюсь никогда больше ее не видеть.
– Она знакома с Томом?
– Ну да, но, слава богу, сейчас они почти не общаются.
– То есть на свадьбу он ее не пригласит? Дэниел испуганно взглянул на нее:
– Вы знаете, мне эта мысль даже в голову не пришла. Господи, надеюсь, что нет. Том знает, что я с ним сделаю, если он позовет ее.
– Пожалуйста, твой счет. – Киара бросила на стол листок и удалилась прочь. Дэниел покачал головой, глядя ей вслед.
– Не волнуйтесь, Дэниел, – засмеялась Холли. – Вам недолго осталось ее терпеть.
– Что вы имеете в виду? – удивился он.
Вот черт, подумала Холли, Киара не сказала ему, что уезжает.
– Да нет, ничего, – пробормотала она, пытаясь найти в сумке кошелек.
– Нет, правда, о чем вы? – не отступал он.
– Я имею в виду, что ее смена уже почти закончилась, – сказала она, глядя на часы.
– А-а. Не беспокойтесь о счете, я позабочусь об этом.
– Нет, что вы. – Она продолжала рыться в кошельке, пытаясь найти немного денег среди ре-цептов и прочего мусора. – Кстати, я должна вам двадцатку. – Она положила деньги на стол.
– Забудьте об этом. – Он сделал нетерпеливый жест рукой.
– Что же, вы так и будете всюду за меня платить? – улыбнулась Холли. – Я оставлю это на столе, так что вам придется их забрать.
Вернулась Киара.
– Киара, запиши все на мой счет, – сказал ей Дэниел.
Киара хитро улыбнулась и подмигнула Холли. А затем опустила взгляд на стол и заметила там банкноту в двадцать евро.
– Ой, сестричка, спасибо, я и не знала, что ты будешь столь щедра. – Она схватила деньги и убежала. Холли проводила ее растерянным взглядом.
– Не волнуйтесь, – засмеялся Дэниел. – Я вычту это из се зарплаты.
У Холли ёкнуло сердце, когда, подъехав к своему дому, она заметила рядом автомобиль Шэрон. Давненько они не разговаривали. 'Гак давно, что Холли стало неловко. Она уже почти развернула машину, чтобы уехать прочь, но одумалась. Нет, нужно собраться с силами и погово-рить, пока она не потеряла свою лучшую подругу. Если она ее уже не потеряла.

0

36

Глава тридцать пятая

Холли вздохнула и вышла из машины. Уже давно пора было навестить Шэрон, нельзя так себя вести. Она подошла к ее машине и вдруг заметила, что Шэрон там нет. Из машины вышел Джон. У Холли ёкнуло сердце. Только бы с Шэрон ничего не случилось.
– Привет, Холли, – мрачно произнес Джон, захлопывая за собой дверцу.
– Джон! Где Шэрон? – испуганно спросила она.
– Я только что из больницы. – Он подошел к ней.
Холли закрыла лицо руками, чувствуя, что начинает плакать.
– Господи, с ней все в порядке?
Джон смутился:
– Ну да, обычный осмотр, я сейчас поеду за ней.
Холли опустила руки.
– Вот как? – Она чувствовала себя полной дурой.
– Если ты так о ней беспокоишься, могла бы и позвонить.
Холли закусила губу:
– Да, я понимаю. Зайдешь? Я угощу тебя чаем. – Она усмехнулась, услышав свои слова. По-хоже, она становится такой же, как все они.
Холли включила чайник и достала чашки. Джон сел к столу.
– Шэрон не знает, что я здесь, так что я буду тебе признателен, если ты ничего ей не ска-жешь.
– Ладно. – Холли почувствовала себя еще более разочарованной. Шэрон даже не хочет ви-деть ее. Видимо, на ней окончательно поставлен крест.
– Она скучает по тебе.
Холли поставила чашки на стол и села рядом с ним.
– Я тоже по ней скучаю.
– Ты не звонила три недели, Холли.
– Ну, не три недели, – не согласилась она.
– Почти три… в любом случае не важно, сколько именно это длится, вы же раньше каждый день болтали по телефону.
– Все очень изменилось, Джон, – неожиданно разозлилась Холли. Неужели они не понима-ют, каково ей? Почему каждый раз нужно объяснять заново?
– Послушай, мы понимаем, что тебе пришлось пережить… – начал Джон.
– Вы понимаете, что мне пришлось пережить, Джон, это понять несложно, но вы, похоже, не понимаете, что я все еще переживаю это!
– Это неправда.
– Нет, правда. Я не могу просто жить, как все вы, и притворяться, что ничего не случилось.
– То есть вот так это для тебя выглядит?
– А как иначе? – язвительно ответила она, – у Шэрон будет ребенок, Дениз выходит замуж…
– Холли, это называется жизнь. И ты, похоже, забыла, что это такое. Я не говорю, что тебе легко, потому что по себе знаю, каково тебе. Мне тоже не хватает Джерри. Он был моим лучшим другом. Он всю жизнь жил рядом со мной. Мы с ним в детский сад вместе ходили, черт возьми. Мы вместе ходили в школу, играли в одной футбольной команде. Я был свидетелем у него на свадьбе, а он – на моей! Если у меня были проблемы, я шел к Джерри, если я хотел повеселиться, я шел к Джерри. Я рассказывал ему то, что никогда не сказал бы Шэрон, а он говорил мне то, что никогда не сказал бы тебе. И если я не был на нем женат, это не значит, что я скучаю по нему меньше тебя. И если он умер, это не значит, что я тоже должен перестать жить.
Холли онемела от неожиданности.
– Да, это трудно. Да, это самое ужасное, что когда-либо со мной случалось, и, наверное, на-всегда останется самым печальным событием в моей жизни. Но я не собираюсь сдаваться! Я не перестану ходить в паб из-за того, что на тех стульях, где когда-то сидели мы с Джерри, сейчас сидят два других парня, шутят и смеются… Я не перестану ходить на Футбол из-за того, что мы всегда ходили туда вдвоем, я могу вспоминать об этом и улыбаться, но я не перестану ходить туда.
У Холли покатились слезы, а Джон продолжал говорить:
– Шэрон знает, как ты страдаешь, и она понимает тебя. Но ты тоже пойми: у нее сейчас та-кой важный период в жизни, и ей нужна ты, ее лучшая подруга. Ей нужна твоя помощь так же, как тебе нужна ее. Я же не могу дать ей какой-то женский совет, как это делают подруги. Мы все чего-то боимся, Холли, но нельзя прекращать из-за этого жить.
– Я стараюсь, Джон, – всхлипнула Холли, вытирая слезы.
– Я знаю. – Он взял ее ладони в свои. – Но ты нужна Шэрон. И если ты будешь делать вид, что ничего не происходит, никому от этого лучше не станет.
– Я сегодня ходила устраиваться на работу, – по-детски всхлипнула она.
Джон с трудом сдержал улыбку:
– Это отличные новости, Холли. И как все прошло?
– Паршиво, – буркнула она. Джон расхохотался.
– Ты знаешь, она ведь уже на пятом месяце.
– Что? – Холли изумленно подняла на него глаза. – Она ничего мне не говорила!
– Боялась, – усмехнулся он. – Думала, что ты разозлишься, перестанешь с ней разговари-вать…
– Как она могла так думать? – в сердцах воскликнула Холли.
– А разве она ошиблась? – Он удивленно поднял брови. – Как же тогда это называется?
Холли отвела взгляд:
– Я хотела позвонить ей, правда хотела. Я каждый день снимала трубку, но не могла этого сделать. Я все откладывала на завтра… Прости меня, Джон. Я на самом деле очень рада за вас обоих.
– Спасибо, конечно, но это нужно было говорить не мне.
– Я понимаю, я такая ужасная! Она никогда меня не простит!
– Не глупи, Холли, это же Шэрон! Она уже завтра обо всем забудет, Холли с надеждой взглянула на него.
– Ну, может быть, не завтра. Может быть, через год… дай ей время, и когда-нибудь она все же простит тебя…
– Перестань! – Холли со смехом ткнула его в бок. – Можно, я сейчас поеду за ней вместе с тобой?
У Холли засосало под ложечкой, когда они подъехали к больнице и она увидела Шэрон. Она стояла одна на улице, ожидая Джона. Она была такая красивая, что Холли невольно улыбнулась. Шэрон станет мамой. Невероятно – она уже на пятом месяце. Значит, когда они ездили в отпуск, она была на третьем месяце и ничего не сказала! И главное, Холли не замечала в ней никаких изменений. Конечно, большого живота на третьем месяце еще не могло быть, но, когда она надевала джинсы, маленький живот явственно просматривался. И он ей очень шел. Холли вышла из машины, и Шэрон изменилась в лице при виде нее.
О нет, сейчас Шэрон закричитна нее. Скажет, что она ее ненавидит, что она больше не хочет ее знать, что она дрянь, а не подруга, что…
Шэрон улыбнулась и протянула к ней руки.
– Иди ко мне, дурочка, – засмеялась она. Холли бросилась ей на шею и зарыдала:
– Шэрон, прости меня, я ужасный человек. Прости, прости, прости меня, я не хотела…
– Замолчи, глупышка, и обними меня. – Она тоже прослезилась.
Они долго стояли, обнявшись, а Джон смотрел на них.
– Г-хм, – кашлянул он наконец.
– Иди к нам, – засмеялась Холли, обнимая и его тоже.
– Я полагаю, идея была твоя. – Шэрон повернулась к мужу.
– Нет, совсем нет. – Он подмигнул Холли. – Я увидел Холли на улице, она попросила ее подбросить и…
– Ну да, – засмеялась она и, взяв Холли за руку, пошла к машине. – Надеюсь, меня ты под-бросишь тоже?
– Так что они говорят? – спрашивала Холли, как дитя, прыгая на заднем сиденье. – Что там?
– Ты не поверишь, Холли. – Шэрон обернулась и с наслаждением следила за выражением ее лица. – Доктор сказал, что… ну, я ему верю, он один из лучших в своем роде… в общем, он ска-зал…
– Что? Что? – Холли не могла дождаться ответа.
– Он сказал, что там ребенок! Холли рассердилась.
– Очень смешно! Девочка или мальчик?
– Пока что это оно. Они еще не уверены.
– А ты бы хотела знать, какого «оно» пола? Если бы они могли сказать?
– Ну, не знаю, я об этом еще не думала. – Шэрон посмотрела на Джона, и они нежно улыб-нулись друг другу.
Холли снова кольнула зависть. Она откинулась на сиденье, дождалась, пока это пройдет, а затем к ней вернулось прежнее радостное состояние. Все втроем заехали к Холли. Они с Шэрон не могли расстаться сразу после того, как помирились. Им нужно было столько сказать друг другу.
– Шэрон, а Холли сегодня ходила на собеседование, – сообщил Джон, когда ему удалось на-конец вставить слово.
– Правда? Я не знала, что ты начала искать работу!
– Это новое задание от Джерри, – улыбнулась Холли.
– А, так вот что было в этом месяце! И как прошло?
Холли скривилась и спрятала лицо в ладонях: – Ужасно, Шэрон. Я выглядела полной дурой.
– Правда, что ли? – захихикала Шэрон. – А что за работа?
– Продавать рекламные площади для журнала «X».
– Ух, ты, я его все время на работе читаю.
– Я не слышал о таком, что это за журнал? – заинтересовался Джон.
– Ну, обо всем понемногу. Мода, спорт, культура, рестораны, рецензии… правда, обо всем.
– И реклама, – задумчиво добавила Холли.
– Ну, не такая уж там и хорошая реклама, если Холли Кеннеди еще не работает у них, – лас-ково сказала Шэрон.
– Спасибо… Но вряд ли они возьмут меня.
– Почему? Что было не так на интервью? Не могла же ты совсем провалиться.
– Ну, представь себе, работодатель тебя спрашивает, работала ли ты когда-нибудь в журнале или газете, а ты ему отвечаешь, что однажды составила информационное письмо для одной заху-далой компании. – Она опустила голову на стол.
Шэрон прыснула:
– Информационное письмо? Я надеюсь, ты не имеешь в виду дурацкие листовки, которые ты печатала про ту свою фирму?
Джон и Шэрон хором расхохотались.
– Ну да, это же тоже что-то вроде рекламы… – пробормотала Холли и засмеялась, чувствуя себя еще хуже, чем раньше.
– Да-а, ты еще отправила нас их расклеивать, а был ужасный дождь и холодище! Мы не-сколько дней убили на это!
– Точно, – смеялся Джон. – А помнишь, однажды вечером ты послала нас с Джерри раскле-ить целую сотню таких бумажек? – Его глаза хитро блеснули.
– Ну да, а что? – Холли боялась представить, что он собирается сказать.
– Мы запихнули их в мусорку за пабом Боба, а сами пошли пропустить по кружечке. – Он хохотал, вспоминая об этом, а у Холли перехватило дух от негодования.
– Ах вы негодяи! Из-за вас двоих компания разорилась, а я потеряла работу!
– Я бы сказала, что она разорилась в ту минуту, когда первый человек увидел твою листовку, Холли, – хмыкнула Шэрон. – В любом случае ты же каждый день стонала, что не хочешь там работать.
– Конечно, это очередное место, где Холли не хотела работать, – засмеялся Джон. Он был прав.
– Да, но на эту работу я бы никогда не стала жаловаться, – печально сказала Холли.
– Будет миллион других, – заверила се Шэрон. – Нужно немного поработать над тем, что ты говоришь на интервью.
– А что вы мне посоветуете?
– Во-первых, не забудь, что ты составляла информационное письмо о компании, – расхохо-тался Джон.
– Замолчи, – засмеялась Холли. – Лучше расскажи, чем еще вы с Джерри занимались за моей спиной, – потребовала она.
– Настоящий друг умеет хранить секреты! – гордо ответил он.
Холли и Шэрон удалось выжать из него пару историй, и сегодня Холли узнала кое-что новое о своем муже. Они смеялись весь вечер без остановки, и Холли была счастлива, что ее подруга вернулась.

0

37

Глава тридцать шестая

В воскресенье Ричард навестил Холли вместе с детьми. Она сказала, что он может приводить их, когда захочет, ведь последние несколько месяцев Мередит постоянно держала их взаперти, как в тюрьме. Сейчас дети играли в саду, а Холли с Ричардом обедали, наблюдая за ними.
– Они выглядят счастливыми, – заметила Холли.
– Правда? – Он улыбнулся. – Я стараюсь, чтобы их жизнь изменилась как можно меньше. Они не вполне понимают, что происходит, и это так сложно объяснить.
– А что ты сказал им?
– Что мама и папа больше друг друга не любят и поэтому я переехал, чтобы мы все могли быть счастливыми. Что-то в этом роде.
– Как они к этому отнеслись?
– Тимоти – нормально, а вот Эмили все время волнуется, что мы и ее разлюбим и ей тоже придется переезжать.
Бедная Эмили, подумала Холли, глядя на девочку, прыгающую по саду со своей омерзи-тельной куклой под мышкой. Сложно поверить, что она обо всем этом разговаривает с Ричардом. Казалось, он стал совершенно другим человеком. А может быть, она сама изменилась? Она стала терпимее, перестала слишком болезненно реагировать на его дурацкие комментарии, хоть их и не стало меньше. К тому же у них появилось много общего. Теперь они оба знали, что такое одино-чество и неуверенность в завтрашнем дне.
– Как дома?
Ричард кивнул, жуя картофель:
– Все хорошо. Они так внимательны ко мне.
– Киара не достает тебя? – Ей казалось, что она расспрашивает ребенка, вернувшегося домой из школы, – не обижали ли его другие дети, нормально ли встретили. В последнее время Холли искренне беспокоилась о брате. Когда она помогала ему, она чувствовала себя сильнее.
– Киара… Киара есть Киара, – улыбнулся он. – Мы с ней на многое смотрим по-разному.
– Ну, об этом я бы не стала беспокоиться, – заметила Холли, пытаясь подцепить вилкой ку-сок свинины. – Большая часть человечества смотрит на вещи иначе, чем Киара.
Вилка наконец попала в цель, и мясо вылетело из тарелки, приземлившись на журнальный столик вдругом конце комнаты.
– А говорят, что свиньи не летают, – засмеялся Ричард.
Холли захихикала:
– Ричард, ты пошутил!
Он был доволен, что она смеется.
– Ну и со мной иногда бывает. – Он пожал плечами. – Хотя ты, наверное, считаешь, что со мной это бывает довольно редко.
Холли опустила нож и вилку, тщательно обдумывая фразу, которую собиралась сказать.
– Мы все очень разные, Ричард. Киара – эксцентричная, Деклан – мечтатель, Джек – шутник, я… не знаю, какая я. А ты всегда был очень серьезным человеком. Прямым и сосредоточенным. И в этом нет ничего плохого, просто все мы – разные.
– Ты очень чуткая, – сказал Ричард, помолчав.
– Что? – смутившись, переспросила Холи с набитым ртом.
– Я всегда думал, что ты очень чуткая, – повторил он.
– Когда? Когда мы с тобой были детьми?
– Я бы не обедал сейчас здесь, дети не бегали бы в саду, если бы ты не была чуткой сейчас. Но вообще-то – да, я имею в виду то время, когда мы были детьми.
– Не знаю, Ричард. – Холли покачала головой. – Мы с Джеком всегда так ужасно вели себя с тобой.
– Ты не всегда была ужасной, Холли, – засмеялся он. – К тому же братья и сестры нужны именно для того, чтобы отравлять друг другу жизнь. Это и есть основа жизни, это закаляет.
– Но при чем здесь чуткость? – Холли совсем запуталась в его рассуждениях.
– Ты всегда идеализировала Джека. Ты ходила за ним по пятам и делала все, что он велел. – Он засмеялся. – Я много раз слышал, как он посылал тебя сказать мне что-нибудь обидное, и ты прибегала ко мне в комнату, дрожащим голосом кричала что-то и снова убегала.
Холли смущенно опустила глаза. Да, они с Джоном позволяли себе делать безобразные ве-щи.
– Но ты всегда потом возвращалась, – продолжал Ричард. – Прокрадывалась в мою комнату и молча смотрела, как я работаю. И я знал, что ты таким образом пытаешься извиниться. – Он улыбнулся ей. – Это и есть чуткость. Ни у кого в нашем доме не было ничего похожего. Даже у меня. Ты всегда была самой чувствительной из всех.
Он продолжал есть, а Холли замолчала, пытаясь переварить сказанное. Ей казалось, что она никогда не идеализировала Джека, но сейчас, поразмыслив, пришла к выводу, что Ричард прав. Джек всегда был ее кумиром, у него было множество друзей, и Холли мечтала играть с ними вме-сте. Наверное, она до сих пор относилась к нему так же, и если бы он прямо сейчас позвонил и позвал ее куда-нибудь, она бы все бросила и побежала. Раньше она никогда об этом не задумыва-лась. Забавно – в последнее время она проводит куда больше времени с Ричардом, чем с Джеком. И Ричард порой заставляет ее серьезно задуматься. Она смотрела, как он вытаскивает салфетку из-за воротника, уверенная, что он, по обыкновению, аккуратно сложит ее в несколько Раз, иде-ально выпрямив все уголки. Он всегда поправлял посуду па столе, чтобы она стояла в строго оп-ределенном порядке. Холли никогда не смогла бы жить с таким человеком.
Они подскочили, услышав громкий pea Малышка Эмили лежала на земле вся в слезах, а ря-дом стоял перепуганный Тимми. Ричард пошел к ним.
– Она сама упала, папа, я ничего не делал! – Холли услышала, как Тимми умоляет отца. Бедняга Тимми. Она неодобрительно покачала головой, когда Ричард за руку отвел мальчика в угол, предлагая постоять и подумать о своем поведении. Нет, некоторые люди не меняются.
На следующий день Холли получила известия, заставившие ее восторженно запрыгать по квартире. Она уже в третий раз слушала сообщение на автоответчике.
– Добрый день, Холли, – говорил хриплый голос. – Это Крис Финн из журнала «X». Я звоню сообщить, что вы произвели на меня благоприятное впечатление. Хм… – Он замялся. – Я обычно не говорю этого на автоответчик, но уверен, что вам будет приятно узнать: отныне мы хотели бы считать вас сотрудником нашей компании. Я буду рад, если вы приступите к работе как можно скорее, поэтому перезвоните мне, как только сможете, и мы обсудим подробности. Хм… До свидания.
Холли повалилась на кровать, радостно смеясь, и снова нажала на кнопку повтора. Она при-целилась в Луну… и попала!

0

38

Глава тридцать седьмая

Холли восторженно рассматривала огромное здание, возвышающееся перед ней. Наступил ее первый рабочий день, и она верила: здесь ее ожидает большое будущее. Здание было располо-жено в самом центре, журнал «X» занимал несколько комнат на втором этаже, над маленьким ка-фе. Прошлой ночью Холли так и не смогла заснуть от возбуждения, но это все же было намного лучше, чем тот ужас, который она обычно испытывала перед новой работой. Крису она перезво-нила немедленно (точнее, после того, как еще три раза прослушала его сообщение), а затем сооб-щила новость всем друзьям и родственникам. Все были в восторге, и сегодня утром перед выхо-дом родители прислали ей прекрасный букет с пожеланиями удачи.
Как перед первым сентября, она накупила ручек, блокнотов, папку и новый портфель, чув-ствуя себя намного уверенней благодаря всем этим штукам. Но, несмотря на возбуждение, ей все же было немного грустно. Грустно оттого, что Джерри не мог разделить ее успех. У них была особая традиция – каждый раз, когда Холли устраивалась на новую работу (а это случалось до-вольно часто), Джерри будил ее сам, приносил ей завтрак в постель, готовил сэндвичи с ветчиной и сыром, клал в сумку яблоко, пакетик чипсов и плитку шоколада. А затем он завозил ее на рабо-ту, обязательно звонил в обед узнать, хорошо ли играют с ней другие дети, а вечером приезжал ее забрать. Потом они ужинали вместе, он слушал, как Холли рассказывает про новых сослуживцев, и смеялся над ее жалобами. Конечно, так было только в самый первый день, все остальные дни они просыпались в последний момент, наперегонки бежали в душ и, сонные, переругивались на кухне, попивая кофе и пытаясь проснуться. Потом они целовались на прощание и расходились на целый день, Л на следующий день все начиналось сначала. Если бы она знала, что у них так мало времени, она не стала бы тратить дни на эту суету…
В любом случае этим утром все было по-другому. Она проснулась в пустом доме, в пустой постели, и никто не принес ей завтрак. Ей не пришлось бороться за то, чтобы первой попасть в душ, на кухне стояла полная тишина, никто не чихал и не кашлял. А ведь она почти убедила себя, что, когда она проснется, Джерри каким-то чудесным образом появится, чтобы поздравить ее, – ведь это был их ритуал, и сегодняшний день был особенным, а без него все это совсем не то. Но смерть не делает исключений. Тот, кто ушел, уже не вернется. Она присела за стол и немного всплакнула, но ей принесли букет, и пришлось отвлечься от грустных мыслей.
Холли оглядела себя, чтобы убедиться, что у нее не разошлась молния на брюках, а все пу-говицы застегнуты правильно. Удовлетворенная увиденным, она решительно поднялась по лест-нице. Она вошла в приемную, и секретарь, запомнившая ее еще по собеседованию, приветливо улыбнулась ей и встала.
– Привет, Холли. – Они пожали друг другу руки, – Добро пожаловать в нашу скромную обитель.
Холли эта девушка сразу же понравилась, с первой встречи на собеседовании. Она казалась ровесницей Холли – блондинка с длинными волосами и неизменно приветливой улыбкой.
– Меня зовут Элис, и я работаю здесь, в приемной, как ты уже поняла. Пойдем, босс ждет тебя.
– Господи, я же не опоздала, правда? – испуганно спросила Холли, глядя на часы. Она спе-циально вышла пораньше на случай пробок, и у нее должно было оставаться достаточно времени. Еще не хватало опоздать в первый же день.
– Нет, совсем нет, – ответила Элис, провожая ее в кабинет мистера Фини. – Крис и все ос-тальные – они трудоголики. Им больше незачем жить. Уж меня-то ты здесь точно после шести не увидишь.
Холли засмеялась. Элис напомнила ей, какой она сама была раньше.
– Так что не думай, что ты должна приходить Рано и уходить поздно только потому, что так делают они. Я думаю, Крис просто живет в офисе, так что тебе его не переплюнуть. Этот человек – сумасшедший, – громко сообщила она, открывая дверь.
– Кто сумасшедший? – грозно переспросил Крис, поднимаясь со стула и потягиваясь.
– Вы, – улыбнулась Элис, закрывая дверь.
– Вы видели, как они со мной обращаются? – засмеялся Крис.
Холли пожала ему руку, радостно думая о том, какая здесь чудесная дружеская обстановка.
– Спасибо, что взяли меня на работу, мистер Фипи, – сердечно сказала Холли.
– Зови меня Крис. Не нужно благодарностей. В конце месяца мне придется благодарить тебя.
Холли растерялась, не понимая. Он что, собирается уволить ее в конце месяца?
– У нас ежемесячный журнал, Холли, вот что я имел в виду, – засмеялся он.
– А… хорошо, – с облегчением улыбнулась Холли. – А я было подумала, что вы уже плани-руете мое увольнение.
– Ну что ж, пойдем, я покажу тебе наш офис. – Он повел ее через зал. На стенах под стеклом висели обложки журналов – всех, что были изданы за последние двадцать лет.
– Это наш муравейник.
Он толкнул дверь, и Холли увидела огромную комнату, уставленную столами. Люди озабо-ченно разговаривали по телефону или что-то лихорадочно печатали. Они приветствовали вошед-ших. Холли улыбнулась, помня о том, что первое впечатление – всегда самое важное.
– Благодаря этим замечательным журналистам я могу оплачивать свои счета, – усмехнулся Крис. – Знакомься. Киара – редактор отдела моды, Мэри отвечает за рестораны, а это Брайан, Стивен, Гордон, Эшлинг и Трэйси. Чем они занимаются, тебе знать не обязательно, они просто бездельники.
Один из мужчин помахал ему рукой, не отрываясь от телефонной трубки. Холли предполо-жила, что это один из упомянутых бездельников.
– Знакомьтесь, это Холли! – представил ее Крис.
Все заулыбались и тоже помахали ей, ни на секунду не отрываясь от работы.
– У нас еще много внештатных журналистов, но они редко заходят в офис. – Крис уже вел ее к следующей двери. – А здесь прячутся наши компьютерщики. Это Дэрмот и Вэйн, они разраба-тывают макеты и занимаются дизайном, так что тебе придется много сотрудничать с ними по во-просам рекламы. Ребята, это Холли.
– Привет, Холли. – Они поднялись, пожали ей руку и снова вернулись к компьютерам.
– Они у меня отлично вышколены, – хмыкнул Крис и повел Холли обратно в приемную. – А это конференц-зал. Каждое утро без четверти девять мы проводим совещания, но тебе нужно будет присутствовать только по понедельникам, чтобы иметь общее представление о том, что происходит.
Холли кивала, внимательно слушая его, одновременно пытаясь запомнить имена всех, с кем он ее знакомил.
– Туалеты находятся внизу. А сейчас я покажу тебе твой кабинет.
Холли восхищенно таращилась по сторонам, пока они шли обратно. Никогда еще она не ра-ботала в подобном заведении.
– Добро пожаловать! – Он открыл дверь и пропустил ее вперед.
Холли осмотрелась: впервые у нее будет собственный кабинет, пусть в нем и помещаются только шкаф и письменный стол. На столе возле компьютера штабелями громоздились папки. Шкаф был завален книгами, папками и связками старых журналов. Позади было огромное, почти во всю стену, окно. Да, здесь она определенно сможет работать.
– Мне нравится. – Она улыбнулась Крису, ставя свой портфель на стол и оглядываясь по сторонам.
– Вот и хорошо, – ответил Крис, – наш последний сотрудник был очень аккуратным челове-ком, так что в этих папках ты сможешь найти всю необходимую тебе информацию. Если будут какие-то вопросы, заходи и спрашивай. Мой кабинет через стенку. – Он постучал по стене. Холли кивнула. – Я не жду чудес, поскольку знаю, что для тебя это все достаточно ново, и именно по-этому я думаю, что возникнет масса вопросов. Наш следующий номер выйдет на следующей не-деле, мы выпускаем журнал в первых числах каждого месяца.
Холли испуганно взглянула на него, осознав, что у нее всего неделя на то, чтобы разобраться с текущим номером.
– Не волнуйся, – снова улыбнулся он. – Я хочу, чтобы сейчас ты занялась ноябрьским вы-пуском. Ознакомься с макетом журнала, общий стиль у нас не меняется, так что ты быстро сооб-разишь, на какой странице что находится. Для одного человека работы немало, но если ты серьез-но подойдешь к вопросу, ты справишься. Как я уже говорил, макетами занимаются Дэрмот и Вэйн, они покажут тебе стандартный макет, а если будут какие-то поручения, проси Элис. Ее работа – помогать всем понемногу.
Он замолчал и поглядел на нее.
– Ну вот. Вопросы есть?
Холли отрицательно покачала головой:
– Нет, вы очень понятно все объяснили.
– Что ж, тогда я тебя оставлю.
Он закрыл дверь. Холли присела за свой новый стол, думая, что же делать дальше. Судя по всему, работа обещала быть очень напряженной, но ее это радовало – пора было наконец занять свою голову чем-то полезным. Прежде всего она решила записать в блокнот все имена, какие ус-пела запомнить, – держать их все в памяти было совершенно невозможно. А затем открыла пер-вую попавшуюся папку и углубилась в чтение.
Она так увлеклась, что очнулась, только когда закончился обеденный перерыв. Судя по зву-кам, все остальные тоже не покидали свои рабочие места. Она привыкла к другому распорядку… но здесь ей нравилось решительно все.
– Киара, ты точно не забыла паспорт? – в третий раз переспросила мать.
– Нет, мама, – простонала Киара. – Я уже миллион раз сказала, что он здесь.
– Покажи, – потребовала Элизабет.
– Нет! Не буду я тебе ничего показывать. Просто поверь мне па слово, я ведь уже не ребенок.
Деклан захихикал, получив за это локтем под ребра.
– А ты заткнись, – мрачно бросила Киара.
– Киара, покажи маме паспорт, чтобы она успокоилась, – устало вмешалась Холли.
– Ну ладно, – проворчала она, доставая сумку. – Вот он, смотри… то есть тут его нет… мо-жет быть, он здесь?… Вот черт!
– Господи, Киара! – проворчал отец, резко разворачивая машину.
– Ну что? – возмутилась она. – Я его точно положила сюда, пап, его просто кто-то вынул. – Она вывернула сумку наизнанку, вывалив наружу все содержимое, среди которого почему-то оказались трусы.
– Черт возьми, Киара! – простонала Холли.
– Заткнись, – отрезала та. – Тебе недолго осталось меня терпеть.
Все в машине притихли, осознав, что так оно и есть. Киара уезжает в Австралию бог знает на сколько, и они все будут скучать по пей. Пусть она скандалистка и зануда, все равно они будут по ней скучать.
Холли сидела рядом с Декланом и Киарой на заднем сиденье. Отец вез их в аэропорт. Им снова предстояло прощаться. Ричард вез Мэтью и Джека (хоть тот и пытался забраться в машину к отцу) и уже, наверное, давно был на месте. Им же пришлось возвращаться домой дважды. В пер-вый раз Киара забыла свое счастливое колечко в нос, и отцу пришлось разворачивать машину.
Спустя час они наконец добрались до аэропорта, до которого было от силы двадцать минут езды.
– Господи, вы чего так долго? – простонал Джек, когда они наконец появились все как один, с перекошенными лицами. – Я не могу столько времени торчать с Диком наедине, – засмеялся он.
– Расслабься, Джек, – зло ответила Холли. – Дик – нормальный парень.
– О, насколько я помню, раньше ты считала иначе, – удивился он.
– У тебя проблемы с памятью, – огрызнулась она и направилась к Ричарду, стоявшему непо-далеку со скучающим видом.
– Деточка, ты же будешь нам писать, правда? – Элизабет изо всех сил прижимала дочь к груди.
– Буду, буду, мам. Ну не плачь, а то я тоже расплачусь.
Холли сама с трудом сдерживала слезы. Киара здорово скрашивала ей жизнь, умела и под-бодрить при необходимости, и просто составить отличную компанию. Будет ужасно не хватать сестры; но Холли понимала, что той нужно быть вместе с Мэтью. Он замечательный парень. Хо-рошо, что они нашли друг друга.
– Береги мою сестренку. – Холли поднялась на Цыпочки, чтобы обнять здоровяка Мэтыо.
– Не волнуйся, она в надежных руках, – улыбнулся он.
– Ты же будешь за ней присматривать, правда? – Фрэнк хлопнул его по спине. У Мэтью хватило ума догадаться, что это было скорее предостережение, чем вопрос, и он постарался отве-тить как можно более убедительно.
– Пока, Ричард. – Киара обняла его. – Держись подальше от этой воблы Мередит. Ты для нее слишком хорош.
– Я делаю все, что могу, – печально ответил он, тронутый ее словами.
– Деклан, ты можешь приезжать, когда захочешь, может, кино решишь обо мне снять, – серьезно заявила она, обнимая Деклана, а затем подошла к Холли.
– Боже, как я буду по тебе скучать! – Киара стиснула ее в объятиях.
– Я тоже. – Голос Холли задрожал.
– Ладно, я пойду, пока вы окончательно не довели меня до слез, – с наигранной веселостью заявила Киара, поднимая сумку.
– Не прыгай больше с этими дурацкими веревками, Киара, это слишком опасно, – вдруг не выдержал Фрэнк.
– Это называется баиджи, пап! – засмеялась Киара. – Не беспокойся, я постараюсь приду-мать что-нибудь поинтересней.
Вся семья молча смотрела вслед Киаре и Мэтью. Даже у Деклана что-то заблестело в глазах, но он сделал вид, что ему просто соринка в глаз попала.
– Смотри вверх, – засмеялся Джек, обняв его за плечо. – Тогда будет легче ее вытащить.
Деклан поднял глаза вверх, таким образом избавившись от необходимости наблюдать, как уходит его сестра. Фрэнк обнял жену, и они помахали дочери вслед, вытирая слезы.
Несмотря на сентиментальное настроение, вся семья дружно расхохоталась, когда Киара не смогла пройти через металлоискатель и вынуждена была выворачивать карманы под бдительным надзором охраны.
– И вот так каждый раз, – расхохотался Джек. – Я поражаюсь, что ее вообще выпускают из страны.
Они в последний раз махнули вслед Киаре и Мэтью, а затем розовые волосы затерялись с толпе.
– Ну что, – Элизабет вытерла слезы, – детки, поедемте к нам, пообедаем все вместе.
Все дружно согласились, видя, как сильно расстроена мать.
– Пожалуй, я уступлю тебе возможность ехать с Ричардом, – едко шепнул Джек на ухо Хол-ли, и вся семья исчезла, оставив Холли и Ричарда вдвоем.
– Дорогая, как прошла первая рабочая неделя? – поинтересовалась Элизабет, когда они усе-лись за стол.
– О, мам, мне так там нравится. – У Холли заблестели глаза. – Это гораздо интереснее любой моей прежней работы, и все сотрудники очень милые. Прекрасная обстановка. – В ее голосе зву-чала искренняя радость.
– Это самое главное, – оживился Фрэнк. – А какой у тебя начальник?
– О, он тоже очень милый. Он мне чем-то сильно на поминает тебя, пап, и каждый раз при встрече хочется броситься ему на шею.
– А это уже попахивает сексуальными домогательствами, – хмыкнул Деклан. Джек расхохо-тался.
Братья были просто невозможны. – Деклан, ты собираешься в этом году еще снимать филь-мы? – поинтересовался Джек.
– Ага. Про бездомных, – ответил тот с набитым ртом.
– Деклан! – Элизабет укоризненно взглянула на пего.
– Извини, – ответил он и выплюнул все на тарелку.
Джек истерически расхохотался, все остальные с отвращением отвернулись.
– Что ты сказал, сынок, чем ты собираешься заниматься? – переспросил Фрэнк, пытаясь не допустить скандала.
– Я буду в этом году снимать фильм про бездомных.
– О, это хорошо, – задумчиво ответил отец, снова погружаясь в свои мысли.
– И кого из членов нашей семьи ты планируешь занять на этот раз? Может быть, Ричарда? – засмеялся Джек.
Холли бросила вилку.
– Это не смешно, парень, – серьезно ответил Деклан, чем здорово удивил Холли.
– Господи, ну почему вы все в последнее время такие чувствительные? – Джек оглядел их. – Это же шутка! – оправдываясь, добавил он.
– Это было не смешно, Джек, – сурово ответила Элизабет.
– А что он сказал? – заинтересовался Фрэнк, выходя из прострации. Элизабет сердито пока-чала головой, и он благоразумно решил не переспрашивать —
Холли взглянула на Ричарда. Он сидел в конце стола, молча пережевывая пищу. У нее сжа-лось сердце– Он не заслуживал этого. Непонятно, почему Джек так жестоко ведет себя с ним, – нужно быть идиотом, чтобы так шутить. Оставалось только надеяться, что она и раньше не смея-лась над подобными шутками.
– Прости, Ричард, я пошутил, – извинился Джек.
– Ничего страшного, Джек.
– Так что, ты работу нашел?
– Нет, еще нет.
– Какая досада, – сухо сказал Джек, и Холли возмущенно взглянула на него. В конце концов, ему-то какое дело?

0

39

Глава тридцать восьмая

Холли смотрела в окно, барабаня пальцами по столу. Всю неделю она чувствовала себя ска-зочно, работа шла как нельзя лучше. Она никогда не думала, что работа может доставлять столько удовольствия. Она редко успевала выйти па обед, да и по вечерам порою приходилось задержи-ваться, но это совершенно не вызывало у нее неудовольствия. Конечно, она работала всего лишь третью неделю, все еще может измениться. Ей нравилось, что она почти не сталкивается с ос-тальными сотрудниками, которые практически не выходили из своих кабинетов. Общалась она только с Дэрмотом и Вэйном. Зато здесь было принято весело переговариваться прямо через стенку, и до нее порою доносились отголоски чужих шуток. Это было довольно забавно.
Ей нравилось чувствовать себя частью коллектива. Кроме того, она гордилась тем, что ей поручена столь важная работа. Как сказал Крис, средства массовой информации очень зависят от рекламы, а поскольку Холли занималась именно рекламой, она убеждала себя, что весь журнал зависит только от нее. Напоминала себе об этом и сама смеялась.
Она думала о Джерри каждый день. Каждый раз, когда ей удавалось заключить сделку, она благодарила его за то, что он подтолкнул ее, заставил идти вперед. Конечно, у нее по-прежнему бывали дни, когда не хотелось вставать из постели, но радость от успеха с новой работой еще не угасла, и это помогало ей вскакивать по утрам и давало силы двигаться дальше.
В кабинете Криса за стеной заговорило радио. Она улыбнулась. Он слушал последние из-вестия каждый час, не пропуская ни выпуска. Проникая сквозь перегородку, все эти новости – помимо ее воли – оседали у нее в голове. Никогда Холли не доводилось получать так много ин-формации одновременно.
– Эй! – Холли постучала в стену. – Выключите эту говорилку! Здесь кое-кто работает!
Она услышала, как он засмеялся, и улыбнулась. Нужно было возвращаться к работе. Перед ней лежала статья, принесенная внештатным корреспондентом. Он рассказывал о том, как объез-дил всю Ирландию в поисках самого дешевого пива. Довольно забавная статья, но вот внизу под ней оставалось огромное пустое пространство, которое Холли предстояло заполнить. Она пролис-тала записную книжку, и вдруг ее осенило. Она схватила телефонную трубку и набрала знакомый номер.
– Паб «У Хогана».
– Добрый день, Дэниела Коннелли, пожалуйста.
– Минуточку.
Опять эти чертовы «Зеленые рукава». Она поднялась со стула и принялась пританцовывать в такт. В комнату заглянул Крис, внимательно посмотрел на нее и исчез. Холли улыбнулась.
– Алло?
– Дэниел?
– Да.
– Привет, это Холли.
– Привет, как дела?
– Отлично, а у вас?
– Лучше не бывает.
– Рада за вас. Он засмеялся.
– Как обстоят дела с работой?
– Я как раз поэтому и звоню.
– О нет! – расхохотался он. – Я пообещал себе, что никто из семейства Кеннеди у меня больше работать не будет.
Холли хихикнула:
– Вот черт, а мне тоже так хотелось облить кого-нибудь пивом! Он засмеялся:
– Так в чем дело?
– Помните, мы тогда встретились после интервью?
– И вас взяли на эту работу.
– Откуда вы знаете?
– Видимо, я верю в вас больше, чем вы сами.
– Здорово, что хоть кто-то в меня верит. Ладно, помнится, вы когда-то говорили, что вам нужно рекламировать свой клуб?
То есть вообще-то он говорил это, принимая Холли за Шэрон, но наверняка он не обратит внимания на такую мелочь.
– Было дело.
– Отлично. Хотите поместить рекламу в журнале «X»?
– Вы там работаете?
– Нет, просто интересно было вас спросить, – сострила она. – Ну конечно, я там работаю!
– Так это совсем рядом со мной!
– Точно.
– А почему же вы не заходите на обед? Мой паб недостаточно хорош для вас?
– Ну, вы знаете, здесь принято обедать прямо за столом, – объяснила она. – Так что скажете?
– Я думаю, что это дурная традиция.
– Нет, я спрашиваю о рекламе?
– Конечно, отличная идея.
– Вот и хорошо! Тогда мы поместим вас в ноябрьском выпуске. Вы хотели бы публиковаться каждый месяц?
– Ну, сначала я хотел бы услышать, что мне это даст, – засмеялся он.
Холли в двух словах рассказала ему.
– Хм… – Он призадумался. – Мне нужно будет подумать над этим, но в ноябрьском номере я точно закажу.
– Отлично! После этого вы станете миллионером! – выпалила Холли, сразу же подумав, что он, может быть, и так миллионер.
– Было бы здорово, – засмеялся он. – Кстати, У нас тут будет вечеринка с презентацией но-вого напитка на следующей неделе. Вы не хотели бы зайти?
– Почему нет? И что за напиток?
– Называется «Голубая скала». Новый слабоалкогольный напиток, который пытаются рас-крутить. По вкусу полное дерьмо, по зато его будут бесплатно раздавать всю ночь.
– Хороший рекламный трюк, – засмеялась Холли. – Когда это будет? – Она открыла еже-дневник. – Отлично, я прямо с работы зайду.
– И не забудьте захватить на работу бикини.
– Что не забыть?
– Бикини, – засмеялся он. – Это будет вечеринка в пляжном стиле.
– Вы что, с ума сошли? Зима на пороге!
– Ну, это же не моя идея. У них такой слоган: «Голубая скала» – жаркий напиток для холод-ной зимы».
– Какая безвкусица, – засмеялась она.
– Глуповато, да. Нам придется рассыпать по полу песок – не представляю, как его потом убирать, – а все официантки будут одеты в бикини. Ладно, мне пора возвращаться к работе, сего-дня настоящий сумасшедший дом.
– Спасибо, Дэниел. Решайте, что написать в вашей рекламе, и звоните мне.
– Хорошо.
Она положила трубку и на минутку задумалась. А затем побежала в кабинет Криса.
– Ты уже не танцуешь? – хмыкнул он.
– Я как раз закончила репетировать один чудный номер. Хочу вам продемонстрировать, – улыбнулась она.
– Итак, какие проблемы? – Он отложил ручку и снял очки.
– Проблем пет, есть идея.
– Присаживайся. – Он кивнул ей на стул напротив стола. Вот так: всего три недели тому на-зад она пришла на собеседование сюда, а сейчас сидит па том же стуле и излагает шефу свои идеи. Забавно, как быстро меняется жизнь… хотя ей ли этого не знать.
– Что за идея?
– Вы знаете паб «У Хогана», за углом? Крис кивнул.
– Я только что разговаривала с хозяином, они собираются разместить у нас рекламу.
– Отлично, но надеюсь, ты не собираешься рассказывать мне о каждом из клиентов отдель-но. Иначе нам и целого дня не хватит.
– Нет, Крис, дело не в этом. Он мне рассказал, что у них будет вечеринка с презентацией нового напитка под названием «Голубая скала». Новый слабоалкогольный коктейль. Вечеринка в пляжном стиле, весь персонал в купальниках, и все такое.
– Так ведь уже почти зима! – Он удивленно поднял брови.
– Да, они его позиционируют как жаркий напиток для холодной зимы.
Он скривился:
– Безвкусица.
– Вот и я так сказала, – улыбнулась Холли. – Так вот, я подумала, что об этом можно напи-сать. Я знаю, что у нас принято предлагать свои идеи во время еженедельных совещаний, пробле-ма только в том, что это будет довольно скоро.
– Я понял. Отличная мысль, Холли, я поручу это кому-то из ребят.
Холли радостно улыбнулась и поднялась со стула.
– Кстати, а вы уже привели в порядок свой сад?
Крис поморщился:
– Ко мне уже десять человек приходили по этому поводу. Они все хотят не меньше шести тысяч за это.
– Ого, шесть тысяч! Куча денег.
– Да, просто сад очень большой. Там придется здорово повозиться.
– А какой была наименьшая цена?
– Пять с половиной. А что?
– Мой брат может сделать это за пять, – выпалила она.
– Пять? – У него чуть глаза на лоб не выскочили. – Такой цены я еще не слышал. А что он из себя представляет?
– Помните, я говорила вам, что мой сад похож на джунгли? Он кивнул.
– Так вот, джунглями там уже и не пахнет. Он отлично над ним поработал. Только он рабо-тает один, так что это может занять больше времени.
– За такие деньги я не буду его подгонять. У тебя есть его визитка?
– Да… минутку, я сейчас принесу. – Она побежала к Элис, выпросила у нее кусочек краси-вого картона, похожего на бумагу для визитных карточек, напечатала на нем имя Ричарда и его мобильный телефон и вырезала аккуратный прямоугольник. Получилась отличная визитная кар-точка.
– Замечательно, – сказал Крис, прочитав имя. – Я думаю, я прямо сегодня ему позвоню.
– Нет, – быстро проговорила Холли. – Вам лучше позвонить завтра. Сегодня он занят по горло.
– Ну что ж, отлично. Спасибо, Холли.
Она уже пошла к двери, когда он снова ее окликнул:
– Кстати, ты умеешь писать?
– Ну, я когда-то училась этому в школе. Крис засмеялся:
– И с тех пор не поднялась выше того уровня?
– Как сказать… Если что, можно купить словарь.
– Отлично. Тогда я хотел бы, чтобы ты написала заметку про эту вечеринку.
– Что???
– К сожалению, за такой короткий срок я не могу найти никого другого, не идти же мне са-мому. Придется доверить это тебе. Я отправлю с тобой одного из фотографов, пусть сфотографи-рует песок и купальники, – усмехнулся он.
– Ну что ж… хорошо. – У Холли застучало в висках.
– Как насчет восьмисот слов? Невозможно, подумала она. Весь ее словарный запас – не больше пятидесяти.
– Без проблем, – ответила она и вышла.
Вот это вляпалась, подумала Холли. Что же теперь делать? Она ведь даже пишет с ошибка-ми.
Она схватила телефон и нажала на повтор номера.
– Паб «У Хогана».
– Дэниела Коннелли, пожалуйста.
– Минутку.
Опять эти проклятые «Зеленые рукава».
– Алло?
– Дэниел, это я.
– Вы когда-нибудь оставите меня в покое? – притворно изумился он.
– Нет, послушайте, мне нужна помощь.
– Но я в медицине ничего не смыслю, – засмеялся он.
– Я серьезно! Я рассказала редактору про вату вечеринку, и он решил написать про нее в журнале.
– Отлично! Тогда про рекламу можете забыть, – засмеялся он.
– Нет, не отлично. Он хочет, чтобы заметку написала я.
– Ну здорово, Холли.
– Да нет же! Я не умею писать! – закричала она.
– Правда? А меня еще в школе научили. – Дэниел, ну пожалуйста, перестаньте шутить.
– Ладно, от меня вы чего хотите?
– Мне нужно, чтобы вы рассказали мне все, что знаете об этом напитке и о презентации, чтобы я могла начать статью уже сейчас. Тогда у меня будет в запасе несколько дней.
– Минутку подождите! – крикнул он кому-то. – Послушайте, Холли, я действительно сейчас очень занят.
– Ну пожалуйста! – умоляющим голосом просила она.
– Ладно, во сколько вы заканчиваете работу?
– В шесть. – Она скрестила пальцы, молясь, чтобы он согласился помочь.
– Хорошо, давайте встретимся в шесть, поужинаем где-нибудь, и я расскажу вам все, что знаю. Подходит?
– Огромное спасибо, Дэниел! – Она подпрыгнула от радости. – Вы мой спаситель!
Она положила трубку и вздохнула с облегчением. Может быть, еще удастся избежать уволь-нения. И тут ужасная мысль пришла ей в голову.
Она только что назначила свидание Дэниелу?…

0

40

Глава тридцать девятая

Весь остаток дня Холли была не в состоянии сосредоточиться на работе. Она то и дело по-глядывала на часы, с ужасом замечая, как быстро бежит время. Ну почему оно так быстро бежит именно тогда, когда это меньше всего нужно? Ровно в шесть она услышала, как Элис выключила свой компьютер и простучала каблучками вниз по лестнице. Холли усмехнулась, вспомнив, что раньше она вела себя точно также. Да, когда у тебя замечательный муж, на многие вещи начина-ешь смотреть по-другому. Если бы Джерри был с ней, она бежала бы сейчас впереди Элис.
Судя по звукам, остальные тоже начали потихоньку собираться. Вот бы Крис сейчас подки-нул ей какую-то работу, тогда пришлось бы остаться допоздна и отменить прокляты й ужин. Ее мучило чувство вины за то, что она встречается с кем-то, и она отчаянно пыталась убедить себя, что это просто деловая встреча. Чем больше она об этом думала, тем больше понимала, что так оно и есть на самом деле.
Похоже, она постепенно превращается в человека, для которого ужин – лишь повод обсу-дить дела, раньше единственными делами, которые она могла обсуждать, были мужчины и ее личная жизнь. Это были, что называется, женские дела, и обсуждала она их только с Шэрои и Де-низ.
Она не спеша выключила компьютер, сложила вещи в портфель. Она старалась делать все как можно медленней, как будто таким образом можно было избежать предстоящего ужина. Она шлепнула себя по лбу… это просто деловая встреча!
– Ну, не казни себя так, – неожиданно захихикала Элис у ее двери.
Холли аж подпрыгнула от неожиданности.
– Господи, Элис! Я тебя не заметила.
– Все в порядке?
– Да, – неуверенно ответила Холли. – Просто нужно сделать кое-что, чего я делать не хочу. Но в каком-то смысле мне хочется это сделать, и из-за этого еще больше не хочется, потому что, похоже, это очень неправильно, хотя с другой стороны – совершенно правильно. Понимаешь? – Она взглянула на Элис. Та, похоже, была потрясена.
– А я думала, что это я все усложняю.
– А, не обращай внимания, – махнула рукой Холли. – Кажется, я малость рехнулась.
– С каждым может случиться, – улыбнулась Элис.
– А почему ты вернулась? – Холли вдруг вспомнила, что слышала ее шаги на лестнице. – Стало скучно без работы?
– У нас совещание в шесть, – сказала Элис. – А я совсем забыла.
– О, – Холл и была разочарована. Никто и не сказал ей, что у них совещание, хотя обычно ее всегда звали. Странно, что Элис пригласили, а ее нет.
– Что-то интересное? – как можно более безразлично спросила она.
– Это совещание по астрологии.
– По астрологии?
– Да, мы каждый месяц такое проводим.
– А мне нужно присутствовать? Или меня не приглашали? – Она постаралась не выдать свою обиду, но ей это не удалось.
Элис засмеялась:
– Ну конечно, пойдем, Холл и, поэтому я и зашла к тебе.
Холли поставила обратно портфель, чувствуя себя дурой. Вместе с Элис они зашли в конфе-ренц-зал, где уже собрались все остальные.
– Встречайте Холли, она в первый раз на нашем астрологическом совете, так что будьте с ней поласковей, – провозгласила Элис.
Холли подошла к столу и села. Ее встретили шутливыми аплодисментами. Крис взглянул на псе с недовольной гримасой:
– Холли, я хочу, чтобы ты знала, что я не имею совершенно никакого отношения ко всей этой чепухе, так что хочу заранее извиниться перед тобой за то, в чем тебе придется принимать участие.
– Перестань, Крис, – оборвала его Трэйси.
– Ну что, кто у нас первый в этом месяце?
– Пусть первой будет Холли, – предложила Элис.
Холли смущенно оглянулась по сторонам.
– Вообще-то Холли понятия не имеет, что происходит, – пробормотала она.
– Какой у тебя знак зодиака? – спросила Трэйси.
– Телец.
Раздались радостные возгласы. Крис спрятал лицо в ладони, делая вид, что все это ему глу-боко противно.
– Отлично! – воскликнула Трэйси. – Тельцов у нас еще не было. Ты замужем, или встреча-ешься с кем-то, или одна сейчас?…
Холли вспыхнула. Брайан подмигнул ей, а Крис ободряюще улыбнулся. За этим столом только он знал про Джерри. Холли вдруг поняла, что с момента смерти Джерри ей еще не прихо-дилось отвечать на этот вопрос, и она немного растерялась.
– Я… я ни с кем не встречаюсь сейчас, но…
– Замечательно, – ответила Трэйси, записывая. – В этом месяце Тельцу предстоит встреча с высоким привлекательным брюнетом… – Она передернула плечами. – Кто продолжит?
– И он окажет огромное влияние на ее будущее, – подхватила Элис.
Брайан снова подмигнул ей, явно намекая на то, что он и есть высокий брюнет. Странно, правда, что он считал себя привлекательным. Холли пожала плечами и отвернулась.
– С работой все будет хорошо, – продолжила Трэйси. – Тельцы будут очень заняты и до-вольны своей новой работой. Их ожидает яркая романтическая история. Счастливым днем бу-дет… – она на минутку задумалась, – вторник, а счастливым цветом… голубой, – закончила она, взгляну» на блузку Холли. – Кто дальше?
– Минуточку, – вмешалась Холли. – Это что, мой гороскоп на следующий месяц? – Она была несколько удивлена.
Все расхохотались.
– А что, мы разбили все твои мечты? – поддел ее Гордон.
– До единой, – проговорила она. – Я раньше всегда читала свой гороскоп. Скажите, а в ос-тальных журналах их составляют точно так же? – разочарованно спросила она.
Крис покачал головой:
– Нет, не во всех, Холли. В некоторых сразу увольняют тех, кто способен составить гороскоп самостоятельно, не привлекая к этому остальных сотрудников. – Он насмешливо взглянул на Трэйси.
– Очень смешно, Крис, – сердито ответила та.
– Трэйси, а ты обладаешь какими-то сверхъестественными способностями? – пролепетала Холли, вконец расстроившись.
Трэйси покачала головой:
– Нет, сверхъестественных способностей у меня нет, зато я отлично составляю кроссворды и даю бесплатные психологические консультации не хуже «телефона доверия». – Она взглянула на Криса. Он восхищенно поаплодировал.
– Вы не представляете, как вы меня сейчас разочаровали, – засмеялась Холли, опускаясь об-ратно на свой стул.
– Ладно, Крис, теперь о тебе. В этом месяце Близнецам предстоит много тяжелой работы, они будут день и ночь сидеть в офисе и питаться исключительно всякой дряныо. Им необходимо всерьез заняться своей личной жизнью. Крис закатил глаза:
– Трэйси, ты каждый месяц предсказываешь мне одно и то же.
– Ну, пока ты не изменишь свою жизнь, я не смогу изменить предсказания для Близнецов. Кроме того, никто пока не жаловался.
– Я жалуюсь! – воскликнул Крис.
– Это не считается. Ты не веришь в гороскопы.
– С чего бы это, интересно, – пробормотал он. Они прошлись по каждому знаку, закончив Брайаном, для которого, как для Льва, Трэйси предсказала повышенное внимание со стороны противоположного пола и выигрыш в лотерею. Холли опустила глаза на часы и поняла, что опо-здала на свою деловую встречу с Дэниелом.
– Простите меня, я спешу, – извиняющимся тоном сказала она, поднимаясь со стула.
– Видимо, тебя уже ждет прекрасный брюнет, – захихикала Элис. – Если тебе не пригодится, посылай его ко мне.
Холли вышла на улицу, и ее сердце екнуло, когда она увидела, что Дэниел уже идет ей на-встречу.
– Ну, что я говорила! – восторженно завопила Грэйси, выходя вслед за ней.
– Ой, Дэниел, простите меня! Меня задержали на совещании, я даже позвонить не могла, – соврала она.
– Не страшно. Наверняка обсуждались очень серьезные вопросы. – Он улыбнулся, заставив ее почувствовать себя виноватой.
– Куда бы вы хотели пойти? – спросил он.
– Может быть, сюда? – Холли показала на маленькое кафе рядом с офисом. Она хотела най-ти как можно более обыденное и неромантичное заведение.
Дэниел поморщился:
– Вы знаете, я порядком проголодался. Я целый день ничего не ел. Давайте найдем что-то вроде ресторана, если не возражаете.
– Хорошо, – согласилась Холли, и они направились вниз по улице. Холли предлагала все встречавшиеся им на пути кафе, но Дэниел отрицательно мотал головой. Наконец, они сошлись на итальянском ресторанчике, который Холли не смогла отвергнуть, – не потому, что он ей понравился, а потому, что все остальные рестораны на этой улице она уже отклонила.
Внутри почти никого не было, не считая нескольких влюбленных парочек. На столах горели свечи. Когда Дэниел на минутку отвернулся, чтобы снять пиджак, Холли быстро задула свечу на их столике.
– Вас, наверное, тошнит от этого зрелища? – засмеялся Дэниел, проследив за взглядом Хол-ли. Она смотрела в глубь зала на беспрерывно целовавшихся влюбленных.
– Вовсе нет, – тихо ответила Холли. – Мне скорее грустно.
Но Дэниел не услышал ее, он как раз заинтересованно изучал меню.
– Что вы закажете?
– Пожалуй, салат «Цезарь». Дэниел посмотрел на нее.
– Эти женщины, почему они вес время заказывают салат «Цезарь»? Вы что, совсем не го-лодны?
– Честно говоря, нет. – Она покачала головой, и тут у нее в животе громко заурчало.
– Похоже, кое-кто решил с вами не согласиться, – засмеялся он. – Вы вообще едите хоть ко-гда-нибудь?
«Ем, когда я не с вами», – подумала она.
– Я ем, только всегда понемногу.
– Ну да, насколько я видел, кролики и те едят больше.
– Кролики еще много чего делают, в отличие от меня, – проворчала она и сразу же смущенно хлопнула себя по губам.
Он расхохотался еще громче.
Весь ужин они обсуждали предстоящую вечеринку. Дэниел любезно принес ей копию пресс-релиза и дал телефоны людей, разрабатывавших этот напиток, чтобы она могла задать им пару вопросов. Он чрезвычайно помог ей, рассказав все в мельчайших подробностях и снабдив всеми необходимыми координатами, так что она могла приступить к работе немедленно. Выходя из ресторана, она чувствовала себя намного уверенней. Ужин прошел на удивление спокойно и расслабленно, несмотря на обстановку. Единственной проблемой было то, что Холли по-прежнему ужасно хотела есть. Съеденный салат не смог исправить ситуацию.
Она вышла из ресторана, дожидаясь Дэниела, который великодушно решил заплатить по счету сам. Без сомнения, он был потрясающе приятным человеком. И вдруг она застыла, лихора-дочно думая, куда бы спрятаться. Ей навстречу шли два человека, которых она сейчас никак не хотела встретить. Она опустилась на колено, делая вид, что завязывает шнурки, однако оказалось, что у нее нет шнурков на сапогах, и пришлось сделать вид, что она отряхивает пыль с брюк.
– Холл и, это ты? – послышался знакомый голос. Она уставилась на две пары туфель, оста-новившиеся перед ней, и медленно подняла голову.
– Здравствуйте! – воскликнула она, изображая удивление, и нервно поднялась на ноги.
– Как дела? – спросила женщина, слегка приобняв ее. – Почему ты стоишь тут, на холоде?
Холли молилась, чтобы Дэниел задержался внутри еще ненадолго.
– Ну… я только что ужинала здесь. – Она улыбнулась, кивнув в сторону ресторана.
– Да? А мы как раз туда идем, – улыбаясь, ответил мужчина. – Жаль, что мы не встретились, могли бы поужинать вместе.
– Да, жаль…
– Но ты все равно молодец, – сказала женщина, похлопав ее по спине. – Хорошо, что ты ку-да-то ходишь сама.
– Да, я… – Холли обернулась на дверь, молясь, чтобы она не открылась. – Я стараюсь…
– Вот вы где! – раздался за ее спиной радостный голос Дэниела. – А я думал, что вы от меня сбежали. – И он обнял ее за талию.
Холли попыталась улыбнуться и перевела взгляд на своих собеседников.
– О, извините, я вас не заметил, – улыбнулся Дэниел, поворачиваясь к ним.
Те смотрели на него с каменными лицами.
– Дэниел… это Джудит и Гарольд. Родители Джерри.

0